Искуситель

Тишина камеры давит на сознание, соображать становится все труднее, и я не выдерживаю первой – жмурюсь и целую Мертаэля в губы. Но отвечает он лишь в первые мгновения. Прижимает меня к себе так крепко, будто я и впрямь могла бы сбежать без его помощи. Кажется, еще немного, и кости захрустят под напором его прикосновений.

Но попросить его ослабить хватку я уже не успеваю.

– Я люблю тебя, Сильвия, – произносит он едва слышно.

И в голосе его – тоска и тяжесть, вовсе не радость и вдохновение, присущие влюбленным. Я не такая дурочка, какой считают меня отец и детектив Блумфилд, и я понимаю почему. Приоткрываю губы, чтобы ответить, но с них срывается лишь свистящий выдох. Сердце пропускает удар, за ним второй и третий.

Его объятия слишком крепкие, потому что это объятия смерти. Демоны приходят на Землю, чтобы заключить контракт с человеком – исполнить сокровенные желания в обмен на душу. Я задыхаюсь, отчаянно цепляясь пальцами за широкие плечи Мертаэля, стараясь запомнить каждую черту его лица, запомнить этот взгляд. Взгляд демона, которому пришлось наступить на горло собственным чувствам, чтобы исполнить мое желание.

Но ответить я не могу. Зато все еще вижу блестящие на его глазах слезы.

Боже мой, неужели демоны тоже плачут? И все это из-за меня?

Будет ли ему больно, когда он поглотит мою душу? Будет ли он скучать по мне в Аду? Я до последнего держу глаза открытыми, но мир расплывается и темнеет – впереди виднеются лишь две ярко-красные точки. Нет, мне хочется остаться еще ненадолго. Почувствовать, каково это – быть по-настоящему любимой, хотя бы немного. Несколько минут.

Демоны приходят на Землю, чтобы исполнить сокровенное желание человека, с которым заключили контракт, и насладиться вкусом и энергией его души. Что я для Мертаэля теперь? Всего лишь очередная жертва?

Нет. Я навсегда запомню боль, что отразилась в его взгляде. Для него я – убийца первого и единственного светлого чувства за последние полторы тысячи лет. Он для меня – единственный, кто был мне по-настоящему нужен. Единственный, кто не отказался от меня, несмотря ни на что.

Чернота впереди поблескивает ярко-красными вспышками, когда я окончательно проваливаюсь в небытие.

Ад прогнил. И уже несколько сотен лет демоны не рыскают по пыльным закоулкам разрушенных, осыпавшихся улиц в поисках контрактов. Лишенные интереса к жизни, они умирают от скуки и ждут своего часа – ждут, когда их извращенная сущность наконец сдастся под напором проступающей все ярче добродетели. Но годы идут, а ничего не происходит. Демоны задыхаются в собственных грехах и лениво перекидываются в кости, если им хватает сил.

Ничего не изменилось.