0
0Поэтому предоставляю выбор за вами. Можете подождать два-три дня и мы встретимся за официальным обедом, устроенным по всем правилам, а можете… прямо сейчас присоединиться ко мне за небольшой трапезой. Как вы тоже знаете, отряд амазонок принес клятву верности трону Солнечного Пика. А чтобы присягу услышали их Боги, по давней традиции Степи, девушки должны разделить со своим новым владыкой хлеб и пригубить Чашу Повиновения.
Леонидия, стоявшая по правую сторону трона, негромко хмыкнула, но промолчала. Видимо, какое-то правило я сейчас нарушил, но не критичное. И все же посол ее неодобрение заметил.
— Почту за честь, ваше высочество, — с достоинством поклонился шевалье. Не так глубоко, как прежде. Ну, правильно — раньше он был всего лишь слугой, хоть и венценосного господина, а теперь говорил сам за себя. То есть, от лица дворянина. И, судя по манерам, с такой родословной, что многие нынешние лорды ему в конюхи не годились. — Если только мое присутствие не нарушит традиций степных воительниц.
Посол смотрел на Леонидию. Я тоже повернул голову в ее сторону.
— Нисколько, — спокойно ответила амазонка. — Просто, когда вам передадут чашу, шевалье, не пейте из нее. Пригубите символично и все. Напиток Повиновения заколдован нашими сестрами стихии и ядовит для мужчин.
Фига себе, заявочка. Хорошо, что хоть так предупредили, а то отхлебнул бы сдуру.
— Тогда, довольно церемоний... — я с превеликим удовольствием слез с неудобного сидения. — Аристарх, показывай, где тут у нас столы от яств ломятся? Надеюсь, никто не возражает?
Оказалось, никто. Нет, что не говорите, а самодержцем быть приятно. Особенно, легитимным. Никто твои слова не оспаривает, никто не вопит под окнами «Царя на мыло!». Лепота и благодать.
И стол, воистину королевский. Аж ломится от яств и напитков. Расточительство, конечно.
