0
0Одно плохо: я же собирался навьючить на Безымянную часть собственных вещей, а теперь всю амуницию придется тащить самому.
— Я готова… Можем отправляться…
— Я тоже…
Ну а чего. Долго ли бродяге собираться. Одежда на мне. Меч на поясе. Забросить за спину котомку и щит на другое плечо пристроить.
— А спросить можно? — девушка явно в чем-то еще сомневалась.
— О чем?
— Зачем ты идешь? Чего ищешь?
— Не чего, а кого… Свою девушку. Невесту… А для этого мне надо вашу царицу увидеть.
— Девушку? Здесь? В нашей степи?
— Чему ты удивляешься? Где же еще искать амазонку, как не в ваших кочевьях?
— Ты ищешь амазонку? И она твоя невеста?.. А ее, случайно, не Леонидией зовут?
— Знаешь где она? — я непроизвольно шагнул к девушке. Едва сдержавшись, чтобы не схватить за грудки.
— Знаю, — кивнула Безымянная. — И нам действительно надо поторопиться. Потерявшую честь и достоинство изменницу Леонидию казнят сегодня на закате.
— Что?! Что ты говоришь? Как казнят? За что?!
— «Как» я не знаю. Это Большой Круг решит. А «за что» — слышала. Она пыталась убить царицу…
Седой ковыль ровными волнами захлестывает грудь, но, в отличии от морских вод, его нельзя зачерпнуть ладонью и освежиться, смыть с лица едкий пот, то и дело заливающий глаза.
Конечно же, я переоценил собственные силы. Многочасовое лежание на диване и езда в общественном транспорте не прибавляют выносливости. Даже, если сумел пройти все три «Готики» и то недоразумение, которое назвали четвертой частью, а в «Древних свитках» неустанно прокачивал ловкость и акробатику.
И понял я это уже на первых пяти километрах. Еще часок держался исключительно на морально-волевых и энергии, которой меня подпитывал меч.
