0
0Дай им волю — каждое зернышко или яйцо на вес золота продавали бы, — дуэтом поддержали его остальные советники.
Мелькнула было мысль уточнить, кто же все-таки устанавливает цены на рынке, крестьяне или купцы, но промолчал. Эти жирдяи намека не поймут, а читать им основы экономики нет времени и желания.
— Да… Так вот… Исходя из всего сказанного и общего понимания, предлагаю следующее. Вы отпустите купцам, прибывшим со мной, столько товаров, сколько они смогут увезти. И по цене… Скажем, в половину ниже...
— Побойтесь Богов, ваше высочество! — всплеснула руками средняя голова магистрата. — Это граб… я хотел сказать… разорение для города. Мы же не в праве приказывать торговцам. Значит, разницу придется из казны покрывать. Может, сойдемся на десятой доле?
Морду кирпичом, взгляд самый пространный… Словно нет никого в комнате. Один я здесь стою. О жизни будущего веку рассуждая. Совсем один. Без ансамбля…
— Пятнадцать, — пролепетала левая голова.
В носу что ли поковыряться? Черт, не знаю, как насчет этого у венценосных особ. Ладно, не будем позорить должность и звание перед простолюдинами. Хватит и надменного покашливания.
— Смилуйтесь, ваше высочество. По миру пустите. Сами осенью не сможем запасы сделать. Зимой люди голодать будут. Двадцать…
— Тридцать, — отрезал я, как можно строже. — Или…
— Мы согласны, — выдохнули те, раньше чем я закончил угрозу. И по тому, как они быстро обменялись заметно повеселевшими взглядами, понял, что меня развели. Прояви я еще немного твердости — смог бы и сорок процентов выторговать. Вот только цель у меня была совсем другая.
— Отлично. Как я уже говорил раньше, приятно иметь дело с разумными людьми. Поэтому, сделаем так — сорок процентов… Не перебивать! — прикрикнул на толстяков, дружно открывших рты.
