Друзья или любовники? (СИ)

Я засунула в рот большой кусок пряника, чтобы не взорваться возмущённой тирадой, хорошенько прожевала его, а затем возвестила:

— Мы с тобой сытые, так что сегодня без кафе. Давай, может, в кино сходим? Вон торговый центр, там наверняка какой-нибудь фильм или мультик показывают подходящий.

— Давай лучше в зоопарк! — молитвенно сложила ладошки Соня. — Я так люблю зоопарк! И я там ещё не всё видела! Мама меня в террариум вести не захотела, сказала, что не любит всяких гадов. А мне интересно!

— Я вообще террариум больше всего люблю, — проворчала я, в очередной раз разозлившись на Лилю. — Пошли!

В итоге мы несколько часов бродили по территории Московского зоопарка, ели мороженое и вату, а когда ближе к шести часам вечера вернулись домой, не успели даже толком раздеться и отдохнуть, как в дверь позвонили.

Я думала, опять принесли очередной «подарочек».

Но это оказалась полиция.

С самого утра что-то не давало Яру покоя, и через пару часов он осознал, что именно.

Обещание Лили: «Будет тебе война». Жена никогда не бросала слов на ветер — и если она сказала именно так, значит, жди беды. Но что именно может сделать Лиля в нынешних условиях?

Повлиять на работодателя Яра, чтобы его уволили? Вряд ли. Даже если Лиля провернёт целую операцию и станет любовницей владельца фирмы, в которой работал Корнеев, ничего этим не добьётся. Его директор считал, что впутывать интересы посторонних людей, особенно любовниц, в свой бизнес — последнее дело и удел идиотов.

Нет, не работа его ахиллесова пята. Соня. А ещё — Алина. Но что Лиля может сделать, чтобы была «война», Яр не представлял. И в итоге, промучившись часов до четырёх, позвонил Борису Королёву — их с Алинкой однокласснику, а по совместительству ещё и адвокату по бракоразводным процессам.

Выслушав сбивчивый рассказ Яра, Борис хмыкнул и ответил:

— Сам понимаешь, воевать можно в правовом поле, а можно вне. Во втором случае варианты могут быть самыми разнообразными, вплоть до убийства. Твоя жена способна на то, чтобы попытаться причинить Алинке физический вред?

— Не знаю, — честно признался Корнеев. — Я теперь вообще не понимаю, на что она способна, а на что нет.

— Ясно. В общем, если мы берём только правовое поле, то проще и эффективнее всего, раз ты решил бороться за дочь, получить дополнительный материал для суда. Естественно, тебе в минус. Ребёнок сейчас с кем?

— С Алинкой, я же говорил.

— Вот. А она девочке кто? Никто.