1
0— Думаешь, она действительно захочет оставаться с тобой? — засмеялась Лиля. — Ты её, небось, познакомил уже со своей подружкой? Я вот не спешила Соню ни с кем знакомить.
— Учитывая тот факт, что я знаком с Алиной с младенчества, слово «спешить» к нам не очень подходит, — усмехнулся Яр. — Кстати, довожу до твоего сведения. Алина, если что, будет свидетельствовать в суде, что ты просто отдала мне Соню и не удосужилась убедиться, что у ребёнка есть место для сна. Да тебя даже не интересует, где Соня сейчас.
— Как где? — удивилась Лиля. — С тобой, наверное. Воспитательнице я написала, спросила — она сказала, что Соню не приводили, хотя ты вчера спрашивал о подобной возможности. Значит, ты с работы отпросился.
— Ага, ну-ну, — иронично протянул Яр. — Лиль, ты просто мать года, честно. И повторюсь — я буду бороться за Соню в суде. После вчерашнего твоего поступка я убедился — ты ничем не гнушаешься, чтобы убедить меня вернуться в так называемую семью, которую сама же и развалила. Я не хочу, чтобы Соня жила с тобой.
— Мало ли, что ты там хочешь, — возмутилась Лиля и прошипела: — Хочешь войну? Будет тебе война!
До прихода с работы Яра мы с Соней отлично провели время. В кафе разговорились так, что с трудом остановились — выяснилось, что ребёнок интересуется историей, и я, попав на благодарные заинтересованные уши, отвечала на вопросы несколько часов подряд. С удовольствием отвечала — меня хлебом не корми, только дай порассуждать на исторические темы. И пусть многое приходилось упрощать, но всё же Соня оказалась даже более образованной, чем многие взрослые. Ох, чует моё сердце, в школе ей окажется скучновато… Надо будет поговорить с Яром — может, он отдаст её в экстернат?
После кафе и плотного сытного обеда мы ещё немножко погуляли по городу — Соне захотелось пройтись по Софийской набережной (практически названной в её честь, как я пошутила под тихое хихиканье девочки), а потом уже поехали домой. И до самого приезда Яра занимались тем, что рассматривали наш с ним школьный альбом. Я даже решила ничего не готовить — сегодня Корнеев обойдётся доставкой, — так мне было лень и не хотелось покидать девочку, из которой вопросы и восторги сыпались как из рога изобилия.
«А это кто?», «А почему тут все с подарками?», «А здесь почему вы на снегу валяетесь?», «А это где?», «А зачем?..», «А отчего?..» — выскакивало из Сони чуть ли не каждую минуту, я не успевала отвечать. Напрягала мозги — не всё я помнила, как выяснилось! — вытаскивая из памяти каждую мелочь.
