Дорога скорби

Джонатан взял сандвич, не замечая неодобрения Арчи.

– Привет, – беззаботно бросил он Норману. – Как там лодка?

– Лежит в зимнем сарае.

Джонатан прожевал и повернулся ко мне:

– Меня не хотят брать на буровую, пока мне не исполнится восемнадцать. Не хотят брать во флот. У меня неплохие пеки. И что мне с ними делать?

– Пеки? – озадаченно спросил Чарльз.

– Пекторальные мышцы, – объяснил Норман. – От катания на водных лыжах.

– А как ты добрался сюда от Комб-Бассет? – спросил я Джонатана.

Он вошел в дом Арчи, даже не запыхавшись.

– Ты сможешь съездить на мотоцикле кое-куда – теперь, когда тебе исполнилось шестнадцать? – спросил я.

– Сделайте одолжение.

– У него нет мотоцикла, – сказал Арчи.

– Он может угнать его.

– Съездить в Шропшир, – сказал я. Меня завалили возражениями.

Я объяснил Джонатану, что нужно сделать.

– Найди кого-нибудь – кого угодно, – кто видел, как Эллис Квинт приехал на танцы. Найди людей, которые парковали машины.

– Он не может ходить по пабам, – упорствовал Норман. – Ему еще нет и восемнадцати.

Мы с Джонатаном обменялись взглядами. В пятнадцать он покупал в пабе джин для жены дальнобойщика.

– Эй, – сказал он, – а куда мне надо ехать?

Я объяснил ему подробно. Его дядя и все остальные смотрели неодобрительно. Я выгреб из поясной сумки все оставшиеся там деньги и дал ему.

– Я хочу получить письменные показания, – сказал я. – Привези мне бумагу. За подписью свидетеля. Все должно быть солидно.

– Это вроде испытания? – медленно спросил он.

– Не задерживайся там больше одного дня, – сказал я. – Не забывай, тебя могут на этой неделе вызвать в суд давать показания.

– Как будто я могу забыть.

Он прихватил стопку сандвичей, широко мне улыбнулся и, не сказав больше ни слова, ушел.

– Вы не можете, – выразительно сказал Арчи.

– А что вы собираетесь с ним делать?

– Он сообразительный парень, – сказал я. – Наблюдателен. Силен.

Посмотрим, как он справится в Шропшире.

– Ему всего шестнадцать.

– Мне нужен новый Чико.

– Но Джонатан угоняет машины.

– Но за все лето не угнал ни одной. Ведь так?

– Умение угнать машину, – с юмором сказал я, – в моих глазах скорее достоинство. Посмотрим, что он сделает завтра с этим алиби.

Арчи, все еще недовольный, отступил.

– От этого слишком многое зависит, – тяжело вздохнув, проговорил Дэвис.

– Если Джонатан ничего не найдет, в понедельник поеду сам, – сказал я.

– Будет слишком поздно, – сказал Дэвис.

– Нет, если вы сделаете так, что ваш коллега попросит еще один день отсрочки. Придумайте грипп или что-нибудь в этом роде.

Дэвис с сомнением сказал:

– Насколько вы связаны с этим судом? "Памп" – или Эллис Квинт, они ведь все равно не отстанут от вас? Я имею в виду... Эта кампания ненависти... вы не хотите отступить?

Чарльз обиделся за меня.