3
0— Быть не может! — воскликнул Пересвет, — Они бы стали одной из влиятельнейших семей империи, если бы дело обстояло именно так! Я никогда не слышал о роде, что владеет подобной силой!
— Это потому, что их всех убили, — спокойно сказал Хотен.
— Учитель не очень любил распространяться на эту тему и мне не велел. Но вам я доверяю, — юноша понизил голос, — То была воля самого императора. Говорят, что он потребовал у Лесинских поделиться техникой подчинения с императорской семьей. На благо государства, конечно. Когда получил отказ — отправил их осваивать Млекоморье. Где всех членов этого рода и убили.
— Это возмутительно! — воскликнула Малина, — Разве так можно?
— Раз сделали — значит, можно, — ответил Хотен, — Учитель своими глазами всё видел. Он прибыл в Млекоморск, бывший тогда главным опорным городом региона, за пару недель до трагедии.
— А что именно там случилось? — спросила Малина.
— Остальные влиятельные семьи региона собрались все вместе и напали на имение Лесинских. А потом подали всё так, будто те слишком много навья наловили и потеряли контроль.
— Почему твой учитель решил, что случившееся было именно приказом императора? — спросил Пересвет.
— Сделать на месте он ничего не мог, но, когда вернулся, сразу отправился к правителю, — ответил Хотен, — Тот ответил, что ему следует помалкивать или такие разговоры будут сочтены изменой против государства. Более того, на пути из столицы на учителя напали подосланные убийцы. Ему пришлось сфабриковать свою смерть и до конца жизни прожить далеко на севере. В том городке, где мы с вами встретились. Как по мне, так всё очевидно. Так что я склонен верить в рассказ учителя.
— Какой ужас, — пробормотала Малина, — Неужели власть императора настолько непоколебима, что он может себе позволить подобное?
— Власть держится на силе. Если у тебя её достаточно, то ты можешь творить всё, что вздумается, — сказал Хотен, — Так было с незапамятных времён и будет всегда. Увы. Вон, на нынешнего правителя погляди. Похлеще своего деда будет.
— Однажды найдётся тот, кто положит этому конец, — сказал Пересвет, — Так быть не должно.
— Сильно сомневаюсь, — ответил Хотен, — Разве что ты сам станешь этим кем-то.
— А может, и стану, — вдруг сказал юноша, резко остановившись, — Если окажется, что всё настолько плохо, как ты говоришь, то иного пути не будет.
— Ну-ну, — покачал головой Хотен, — Я бы на это посмотрел.
— Если ты решишься на что-то безрассудное, — так же твёрдо, как и недавно говорил Пересвет, теперь сказала Малина, — Я встану с тобой плечом к плечу.
— Вы сначала станьте сильнейшими, а потом уже разглагольствуйте, — проворчал Хотен, но как-то совсем уж для виду.
Взгляд же его выражал молчаливое одобрение.
