Свет и печаль

Она тяжело опустилась на ступеньку, думая о словах Милдред. Нет, это не могло быть правдой! Даже полуправдой. Милдред солгала! Солгала, как всегда! Кстати, она косвенно призналась, что Ларри никогда не любил свою жену. И не так уж оплакивал ее потерю, как думала Сьюзен. Но нет! Это не так! Наоборот, он любил ее… Как же тогда? Почему Ларри никогда.. ; никогда не спал с ней?! Чушь! Такого просто не могло быть! Конечно, он спад с ней. Спал. Обнимал ее в постели. Целовал. Ласкал ее пышное тело с жадностью изголодавшегося человека, вдруг очутившегося за столом, полным изысканных яств.

Он… Он… Нет! Надо сейчас же прогнать эти мысли! Нельзя поддаваться эйфории. Нельзя. Милдред вполне могла лгать, желая поддержать в ней ложную мечту. Она же всегда знала, как на самом деле относится Сьюзен к брату! Но с другой стороны, если она лгала, почему, ссылалась на Тома Генри?

— Надо, наконец, узнать всю правду, — думала Сьюзен. Сделать это можно, спросив самого Ларри. Но Сьюзен понимала, что никогда не отважится на такой вопрос. Даже если сказанное Милдред правда, Ларри наверняка станет все отрицать.

В первую очередь потому, что скрывает свои настоящие чувства к сводной сестре, боясь расслабиться и нарушить волю покойного Алекса. Именно так и произойдет. Вздохнув, Сьюзен поднялась соступеньки и, прислонившись к перилам лестницы, снова задумалась.

Где ей узнать правду? Все известно Тому Генри. Так, по крайней мере, утверждает Милдред. Но захочет ли он рассказать ей об этом? И все же надо попробовать! Сьюзен вдруг почувствовала неожиданный приток энергии. Слабость мгновенно исчезла. Вскочив на ноги, она бросилась к двери, выбежала во двор и села за руль своей машины.

Когда Сьюзен вошла в приемную Тома, адвокат был занят с очередным клиентом. Эллен сказала ей, что он освободится через полчаса. Имеет смысл подождать, если дело у мисс Сьюзен действительно неотложное. Сьюзен опустилась в кресло. Через какие-нибудь тридцать минут она все узнает. Что, если рассказ Милдред правдив? Как тогда ей вести себя с Ларри? Усилием воли Сьюзен отогнала от себя эти мысли. Зачем нервировать себя, не имея для этого оснований? Она ничего не знает! Вполне возможно, через полчаса Том скажет ей, что слова Милдред — нагромождение чудовищной лжи.

Вот тогда Сьюзен придется туго. Внезапно Сьюзен совершенно неожиданно поняла: в глубине души она надеется, что Милдред сказала правду. Более того, ей вдруг стало ясно, до какой степени вся ее нормальная жизнь теперь зависит от того, что она узнает. Если Ларри не любил ее, весь мир вокруг нее сразу станет холодной пустыней. В этот момент дверь кабинета отворилась, и Том Генри вышел в приемную.