– Будь я красавцем, таким как Исмаил, разве вы смогли бы доверить мне гарем?
– А ты неглуп. Ступай. Пусть придет мальчишка. Хотя… Сегодня ночью он стал мужчиной. Я хочу спросить: каково это?
«Щенок напрасно думает, что все закончилось», – насмешливо подумал кизляр-ага, когда за ним закрылась дверь султанских покоев. Глава черных евнухов давно уже хотел избавиться от Исмаила. Султан явно выделял из всех своих пажей этого ловкого юношу и постоянно держал его при себе. Нельзя допустить, чтобы влияние Исмаила на Повелителя только росло.
«Если он глуп, то сейчас станет хвастать своей мужской силой.
Голод, постоянный голод… Словно в желудке теперь живет злющая кошка, которая громко урчит и рвет его изнутри когтями. Больно, тошно, и во рту все время горько, там скопилась то ли голодная слюна, то ли желчь напополам с кровью. Ноги от этой боли подкашиваются, а в глазах темно. Сил нет, но надо работать, в доме теперь мало женщин, а работы для них не убавилось.
С тех пор как Баграт уехал с янычарами, на его семью обрушились беды. Умерла мать, сразу после окончания положенного траура сыграли свадьбу: Шагане вышла замуж в соседнюю деревню. Ее муж был намного старше, а свекровь и золовки злющие-презлющие. Ашхен жалко было смотреть на сестру, хоть она Шагане никогда и не любила. Но такой судьбы даже врагу не пожелаешь.
Шагане вся высохла как щепка, глаза погасли, работает день и ночь. Да еще и девочку родила, не сына. Муж недоволен, золовки покрикивают, свекровь шипит как змея.
Она обернулась и торопливо сунула в рот горсть муки. Горько подумала: да разве этим наешься? Отец, похоже, заметил, но промолчал. После смерти жены он сильно сдал и уже не захаживает по ночам к разбитной соседке-вдове. В доме тоскливо, голодно и мрачно. Ашхен порою хочется утопиться. Кошка в ее желудке растет и с каждым днем становится все злее.
Она каждый день прислушивается: не раздастся ли топот копыт? А вдруг Баграт забыл о ней? Или его убили? За столько лет все могло случиться. Только одно и остается: кинуться в реку, чтобы утопить ненасытную кошку в желудке, а вместе с ней и себя.
Ашхен уже совсем потеряла надежду. Скоро и эта мука´ закончится, еды в доме больше нет. Запасы кончились, до нового урожая их не хватило. Акоп выбивается из сил на своем наделе.










