5
0А я долго ходил вокруг машины, пытаясь сообразить: где Бандит успел пускай плохо, но все-таки покрасить машину?
– Вы говорите, что пропала камера?
– Да. Бесследно пропала моя новая камера.
Вот тут-то я наконец понял. Пропавшая камера, пистолет с набалдашником и баночка с краской в портфеле Бандита, перекрашенная машина – как бетонные шпалы легли под рельсы моей догадки. Пистолет был, видимо, кустарно изготовленным, но очень эффективным пульверизатором. Шлангом с двумя штуцерами он соединял его с вентилем туго накачанной камеры, заливал краску в «набалдашник» – и краскопульт готов. Пожалуйте бриться! Жидко разводя краску и покрывая ею автомобиль в один слой, Бандит за час-полтора перекрашивал машину.
Теперь все ясно. Он загонял краденый автомобиль в ближайший лес, ставил краденый номер, быстро красил низ или верх машины, чем разительно менял ее внешний вид. А дальше ехал уже совершенно спокойно. Точно так же он поступил с машиной Дулицкого. Он, наверное, давно высмотрел, когда приезжают в магазин за выручкой, и поэтому сразу после обеда угнал «Волгу». До Олайне двадцать пять километров, а он наездил около ста. Значит, угнав машину, он выехал за город, перекрасил ее и вернулся к вечеру в Ригу. Краска, судя по прилипшим песчинкам и пыли, даже не успела высохнуть. Но ему было наплевать: на этой машине Бандиту нужно было проехать всего один раз.
Проходной двор он тоже присмотрел заранее. Очень возможно, что его выбор поэтому и пал на магазин номер семнадцать. Он оставил машину на улице Раценис с работающим мотором и, когда вырвать сумку не удалось, пробежал через двор, сел в нее и удрал в Олайне. Но если он просто хотел скрыться, то ведь ехать в Олайне глупо! Проще было бросить машину где-нибудь на соседней улице или в любом переулке. Ведь просто глупо же было мчаться в Олайне!
– Не понял? – строго спросил Дулицкий.
Я не заметил, как последние слова произнес вслух.
– Это я не вам. – Попрощался с Дулицким и пошел к себе.
– Может быть, усилим оперативный поиск в районе Олайне? – предложил Круминь. – Может, он там где-то окопался?
– Не-ет... – покачал я головой. – Оставлять нам такие маршрутные стрелки – это не в его стиле... Кстати, мы получим когда-нибудь ответ с телефонной станции? Надо же узнать наконец, куда он звонил!
Круминь снял трубку, набрал номер и с невозмутимым лицом сказал что-то по-латышски. В жесткой отчетливости его фраз я почувствовал недвусмысленную угрозу. Положил трубку.
– Сейчас нам позвонит сам начальник, – сказал он спокойно.
– Не пройдет и трех суток? – съехидничал я.
– Я думаю, не пройдет и пяти минут, – ласково заверил Круминь.
Я достал из чемоданчика уголовное дело, раскрыл его на заключении баллистической экспертизы, снова прочитал: «...боеприпасы из Крыма и из Риги идентичны».
