6
0И я чувствовал себя прожигателем, потому что все это – как настоящему прожигателю – было мне утомительно, скучно, и я хотел только, чтобы оно поскорее закончилось. И боялся, что это надоест и Элге, и поэтому рассказывал ей бесчисленное множество смешных и грустных историй и оттого уставал еще больше. А во всем остальном это было невероятно красиво, тем более что мы разъезжали на серой оперативной «Волге». Прямо высший свет – шампанское, анчоусы, семечки!
В Булдури было только одно вечернее кафе – маленькое, уютное. В ожидании выхода певицы мы танцевали под негромкие звуки модного в том сезоне шлягера. Наклонившись к Элге, я сказал:
– Если Ванда поет здесь, то ее спутник может оказаться рядом...
Элга подняла на меня глаза:
– Но он же вас не знает?
– Зато он знает вас. Поэтому упаси Бог показать, что вы его заметили.
– Из автомата в гардеробе позвоните Круминю: он все время на месте. Пусть выезжает.
– Понятно, – кивнула Элга.
– Ко мне в этом случае не возвращайтесь, ждите в машине...
– Без «но», Элга. Мы на работе.
Элга пожала плечами и сразу же, будто забыв обо всем на свете, упоенно отдалась танцу. А на эстраде появилась певица – высокая, гибкая, красивая, немолодая. Ее низкий, чуть хрипловатый голос сразу же вплелся в причудливую ткань мелодии.
Я нетерпеливо сжал ладонь Элги, указал глазами на певицу.
– А-а, эта... – Элга улыбнулась, покачала головой. – Ванда моложе... – И продолжала, полузакрыв глаза, танцевать с видимым удовольствием. Я посмотрел на часы.
– Имейте совесть, – засмеялась Элга. – Уходить во время танца неконспиративно!
Я принужденно улыбнулся и стал рассказывать Элге заранее приготовленную забавную историю о том, как один вор сделал подкоп под магазин, влез туда, а узкий земляной лаз вдруг обвалился, и он, испугавшись до чертиков, стал звать на помощь сторожа: «Спасите, засыпался!» И думал все время об этом Косове, купившем ворованную «Волгу», и что-то у меня в мозгу не контачило, цепь не замыкалась, что-то не срабатывало.
– Да, – сказал я хмуро и почему-то добавил: – Но жена хочет меня бросить.
– Шутите, – засмеялась Элга. – Вы очень забавный человек...
– В том-то и дело, – покачал я головой. – Клоун дома и злодей на службе.
– А вы давно женаты?
– Давно. Восемь лет.
– Ну, тогда все ваши ссоры – пустяки! – уверенно сказала Элга.
– Разве? – удивился я.
– Люди расходятся после первого года жизни и после семи лет. А кто уже перевалил – те живут. Это точно.
– Может быть. А вы-то откуда это знаете?
– Знаю, и все. Так оно и есть...
Я посмотрел на нее и снова подумал, что она красивая девушка. А она вдруг сказала:
– Вы хорошо танцуете.
– Да? Это единственная штука, которой я прилежно учился в школе милиции.
– А там и этому учат?
– Да-а... Там учат многому.
Мы вышли на улицу.
