4
0– Лжете! Моя дочь никогда не сделала бы такого.
– Прошу прощения, но я вынуждена вас огорчить. Спросите ее сами.
– Я знаю, какой получу ответ. Но ваши злодеяния этим не исчерпываются, что мне прекрасно известно. Вы заставляли меня портить жизнь леди Марии, этой бедной доброй девушке, которая жила в постоянном страхе, что вы с ней расправитесь. Вам бы понравилось, если бы подобным образом обходились с вашей дочерью? Подумайте об этом, мадам, потому что, возможно, скоро вас здесь не будет и вы не сможете ее защитить.
– Леди Шелтон, думаю, вы сказали достаточно, – подала голос леди Кингстон.
Анна вся дрожала. Она действительно могла встретить смерть, и если что и тяготило совесть, так это ее обращение с Марией.
Леди Кингстон смотрела на Анну с жалостью.
– Полагаю, вам следует воздержаться от угроз, – заметила она леди Шелтон. – Нам пока не известно, что произойдет с королевой. Мы ждем распоряжений короля.
Значит, надежда все-таки была. Анна не знала, сколько еще сможет продержаться в обстановке неуверенности и постоянно переходя от надежды к отчаянию, но твердо решила: если Генрих освободит ее, она будет по-настоящему добра к Марии и постарается загладить вину за все неприятности, которые ей причинила.
Миссис Коффин, которая кормила птиц крошками со стола, села рядом с Анной:
– Мне очень жаль, что вы оказались в столь трудном положении. Я не могу понять, почему так случилось. Говорят, все произошло из-за каких-то слов вашего камергера. Зачем сэр Генри Норрис клялся отцу Скипу в том, что вы добродетельная женщина? К чему вообще заводить разговор о подобных вещах?
Анну осенило: миссис Коффин и остальные дамы были приставлены следить за ней и выуживать признания в прегрешениях, чтобы она собственными устами подтвердила обвинения.
– Я попросила его сделать это, – сказала Анна, решив, что наилучшая тактика – говорить правду. – Мы с ним в шутку обменялись несколькими фразами, не больше, и боялись, что нас могли подслушать и неправильно истолковать наш разговор. – Она вспомнила ту злополучную беседу с Норрисом.
– Вам следует знать, что прямо сейчас Тайный совет допрашивает сэра Фрэнсиса Уэстона на предмет его отношений с вашей милостью, – пристально вглядываясь в нее, сообщила миссис Коффин.
Еще и Уэстон! Не он ли тот третий мужчина?
– Боюсь, он расскажет больше других, – призналась Анна. – Он считает, что Норрис в меня влюблен. – И она передала содержание своего разговора с Уэстоном о том, почему Норрис не спешит заключить брак с Мадж. – Вот и вся так называемая измена. – Она сверкнула глазами в сторону леди Шелтон и снова повернулась к миссис Коффин. – Меня не обвинят. Нет никаких доказательств.
