Когда он указал на шар, я заметил у него на пальце ваше кольцо, я смотрел на кольцо, а он сказал: «Говорю вам, он мой!» Он говорил не о выигрышном шаре. Я хотел показать ему, что сперва вы были моей.
– Я никогда не была вашей! – яростно отнекивалась Анна. – Вы сделали продолжение нашей дружбы невозможным.
– Да нет же! – возразил Том. – Выслушайте меня. Я попросил, чтобы он позволил мне измерить расстояние, надеялся, что шар окажется моим, и вынул из-за пазухи ваше украшение, чтобы проверить с помощью шнурка. Я понял, что король узнал его, потому что очень рассердился и сказал, что я, наверное, прав, а его обманули.
– Вы ведете себя как два петуха, которые бьются из-за курицы! – упрекнула Анна. – Но с этим фарсом нужно покончить. Прошу вас, отдайте мою подвеску.
– Нет! – запротестовал Том. – Я люблю вас, Анна, я не перенесу, если потеряю вас.
– Вы еще даже не завоевали меня, – печально сказала она. – И это невозможно. – Она протянула руку, и Том неохотно вложил в нее подвеску.
– Значит, теперь вы любите короля? – спросил он.
– Ему нравится так думать.
В глазах Тома промелькнуло сочувствие, смешанное с печалью.
– Вы не должны этого делать, Анна. Оно того не стоит.
– У меня нет выбора. Он меня не отпустит.
– Знайте, я всегда буду рядом.
– Знаю, – ответила Анна и пошла прочь.
Вечером, вернувшись в комнаты отца, она обнаружила записку. Сломав печать, Анна увидела на листе всего несколько строчек стихов.
Глаза Анны вдруг затуманились слезами.
– Уайетта отправили в Италию, – сказал Фрэнсис Брайан, его единственный глаз при этом озорно поблескивал. – Король, очевидно, только что обнаружил у него прекрасные способности к дипломатии, и им тотчас же нашлось применение.
Они находились в покоях королевы, где Анна и другие девушки делали последние стежки на маскарадных костюмах. Фрэнсис неглуп, к тому же близок с королем; он догадался, что господин добивается ее благосклонности. И вот теперь Тома убрали с дороги. Жизнь будет не такой сложной.
После пяти лет мира и согласия король рассорился с императором и снова искал дружбы с Францией. Анну это радовало, потому что ее самые счастливые воспоминания были связаны с годами, проведенными при французском дворе, и она надеялась, что этот новый альянс даст ей возможность еще раз посетить Францию.
С Генрихом Анна почти не встречалась, он был занят, играя роль хозяина и проводя долгие приватные разговоры с послами. Но через несколько дней Анна получила записку, доставленную церемониймейстером в королевской зелено-белой ливрее.










