1
0Сначала заглянула пара соседок справа — еще в обычной одежде, но уже с нарядными прическами:
— Девочки, вы не против, если мы в ваше зеркало поглядимся? А то, если магией, у Эвы зеркало получается кривое, а у меня ровное, но заклинание держится девять секунд!
Нет, я за прошедшее время успела привыкнуть к артефактному зеркалу Беатрис, поверила в то, что заблокировано оно надежно и ничего лишнего не покажет — и, нет-нет, да и смотрелась в него сама перед выходом.
Но вот так бесстрашно вертеться перед прорицательским артефактом точно не смогла бы!
Не успела я восхититься отчаянной отвагой Эвы и Шанталь, как Виола и Ариадна, живущие чуть дальше по коридору, заглянули с охапкой платьев в руках и с тем же вопросом… Словом, оглянуться я не успела, а в нашей комнате уже окопалась толпа щебечущих девиц разной степени одетости, вооруженная щетками, лентами, кистями и кружевами.
Эва неподвижно сидела перед зеркалом, а ее соседка по комнате невесомыми и умелыми движениями кистей превращала ее из вполне симпатичной, но обычной девушки, в ослепительную красавицу.
Везде — на обоих столах, на кровати Беатрис, на стульях, которых в нашу комнату стащили с полдесятка, ворохом лежали всякие Совершенно Необходимые Вещи, которые ни в коем случае нельзя было трогать. То и дело то одна, то другая девица задевали очередной неприкосновенный предмет, и гвалт в комнате взлетал до невообразимых пределов.
Учиться стало гораздо сложней. Не хотеть на бал — тоже.
— Ты не против, если я положу это на твою кровать?
Ариадна переминалась рядом со мной с ноги на ногу, держа на вытянутых руках белоснежную нижнюю юбку. Я подняла голову от учебника, в который усиленно вчитывалась, и огляделась: все остальные доступные поверхности в комнате были заняты.
Вздохнув, я буркнула:
— Клади… — и снова уткнулась в химерологию.
— А ты почему не готовишься? — неловко уточнила она, явно пытаясь сгладить неловкость от вторжения на мою постель.
— Потому что я никуда не иду, — мрачно отозвалась я.
— Как — “не идешь”? На бал?!
Если мой ответ набившиеся в комнату адептки и не расслышали, то уж восклицание Ариадны точно услышали все!
Загалдели наперебой:
— Ты что, академия дает всего два бала в год — бал начала года и выпускной!
Вот скажи я им сейчас — “настроения нет”, и меня сожгут на костре. Как святотатца!
Девицы наседали на меня с вопросами, как светлые маги — на неосторожно забредшего в их вотчину упыря, я поняла, что отмолчаться не удастся:
— Потому что я сбежала из дома, чтобы поступить в академию. И если бы только попробовала попросить у родителей платье к балу в академии Семи Ветров — меня бы тотчас забрали домой!
— А идти в платье, одолженном у когто-то, Милдрит категорически не хочет, — расстроено дополнила мой рассказ Беатрис.
