1
0Она не покраснела, нет. Лишь на миг ее глаза полыхнули злостью, и она тут же отвернулась.
А у меня на голове шевельнулось… что-то! Увесистое и подвижное. “Что-то” запуталось в волосах, деловито подергалось и… по-бе-жа-ло! Меня скрутило от омерзения, не завизжать вслух удалось только чудом выдержки и самолюбия. Не желая радовать темных, и потому визжа внутрь себя, я торопливо принялась сбивать темный подарочек. Подарочек увернулся раз, другой, а когда мне все же удалось смахнуть его с себя, плюхнулся на стол — оказавшись темной тварью, напоминающей паука. Жирного и мохнатого, вроде южных птицеедов. Только над обычными птицеедами не курится дымкой Истинная Тьма.
И это сидело у меня на голове! Меня сейчас стошнит!
Пока я боролась со взбунтовавшимся желудком, тварь резво побежала по столу (Тьма вилась за ней вуалью, отрываясь клоками и истаивая), врезалась в чернильницу с такой силой, что та опрокинулась — на гладкое дерево стола брызнули чернила.
Тэва поперхнулась воздухом, и, получив возможность заорать от ужаса без потери лица, тут же ею воспользовалась:
— Здесь же книги! — вторил ей Шед, пытаясь пришибить тварь Тьмы.
Тварь Тьмы. Голыми руками. Отчаянный!
Мы с Дейвом кинулись на помощь Шеду.
Паук метался по столу, уворачиваясь, щелкал хелицерами, угрожающе надвигался… И, влетев несколько раз в чернильные брызги, пятнал все на своем пути!
Взвыв, Тэва сгребла в охапку книги, сколько удалось, и, пока мы трое, мешая в кучу ор, брань и заклинания, пытались пришибить паука, Илька без слов, зато с боевым кличем “И-и-и-и!” взмахнула рукой, и пузатый аквариум, взмыв в воздух, опрокинулся над головой моей оппонентки в споре.
Все заняло буквально считанные доли мгновения. Вот темные довольно улыбаются, наблюдая за нашими паническими метаниями — а вот уже вскидывают щиты, безнадежно запаздавшие, на полу плещет хвостом пучеглазая рыбина, а с темной, утратившей контроль над призванной тварью, льются потоки воды.
Кто начал безобразную потасовку после этого, я так и не поняла — была слишком занята, в ней участвуя. В памяти отложился только полный ужаса и отчаяния хрип Тэвы:
— Вы с ума сошли! Драться в библиотеке!
Кто в итоге обвалил стеллаж с цветами, тоже осталось тайной, но темным от него и цветочных горшков досталось больше, чем нам.
Буду считать, что они, но так им и надо!
В себя пришла от ледяного голоса над головой:
— Немедленно прекратить бардак!
Не одна я — все очнулись. Замерли. Как кролики перед розовым, но очень злым удавом.
Госпожа Алруна стояла, грозно вперив в нас взор.
Рядом с ней висела в воздухе в водном пузыре злосчастная рыба, и, едва шевеля хвостовым плавников, злобно пучила глаза в сторону Ильки. И шевелила губами — наверное, ругалась по-рыбьи.
