1
0— Вот этого лучше не делать, — задумчиво сказал Диего, аккуратно приподнимая меня за бедра. — Если кот нужен, просто скажи, что принимаешь. И попроси его куда-нибудь отнести покормить, выгулять до утра.
— Не возьму я его! Мисс Нитарока, заберите животное, заклинаю! — испугалась дриада.
Из-за криков и гомона я не успела как следует ни испугаться, ни смутиться. Если так и дальше пойдет, я стесняться совершенно разучусь. По крайней мере сейчас, я схватила края покрывала и развернулась, усевшись прямо на Диего, не обращая внимание на его сдавленное шипение сквозь зубы.
— Беру этого кота. И буду заботиться пока не появится его настоящий хозяин. Это же ты, Кусака? Скажи, ты?
— Ой, мисс, не ждите от него ответа, — Брейвуд была какой-то растрепанной, с красными полосами на лице и руках. — Непорядок небольшой вышел. Ценность эта по документам описана как говорящая, но кот только кашляет и кусается. Хоть во внешности сходится — белый кот, не кошечка, я проверила.
Большой мешок, который она с трудом удерживала на весу, яростно задергался и оттуда раздался тот самый незнакомый простуженный хрип:
— Кто «ОПИСАН», дура ты пучеглазая, насквозь деревянная! Это я описан?! Тьфу на тебя! Тьфу! Да я сам кого-хочешь…, а тебя особенно, если опять под хвостом мне начнешь ручонками шарится, за естество мое ш-шупать без позволения.
Ох ты ж… Дриада, похоже, не слышит плюющегося, но при этом вполне разборчиво разговаривающего кота.
Диего сдвинул меня на кровать, усевшись рядом и ловко укрыв бедра краем простыни. Только сейчас я заметила, что он едва сдерживает ярость. Углы тяжелой смуглой челюсти заметно посветлели.
— Хватит цирка, зеленая, — распоряжение звучало негромко, но даже мне захотелось вытянуться в струну. А сообразительная дриада тем более замерла, боясь пошевелиться. — Еще раз зайдешь в эту каюту не через дверь и без предварительного приглашения, я лично придумаю наказание. Сейчас ты свое дело сделала, теперь оправляйся в мои покои и принеси костюм. Постучишь и оставишь у порога, не заходя внутрь. Иди.
Не успела у меня отвиснуть челюсть, как Брейвуд исчезла. Была и нет ее, словно растворилась в воздухе.
А меня снова сграбастали в теплые объятия.
— Не обращай внимание на подаренное животное, пусть там посидит. Ева, ты мне нужна. Не представляешь как нужна, — выдохнул оборотень, уткнувшись носом в мое плечо и подтягивая ближе. Он тяжело дышал, шрамированные уши подергивались.
В ответ «подарок» заорал, что ему «пыльно и ничего не видно», а я уперлась рукой в каменную грудь оборотня, не позволяя завалить себя в постель.
