1
0Диего и Скайшоэль по-прежнему стояли друг напротив друга и, как и остальные, озадаченно изучали собственные запястья.
Я тоже посмотрела на свое, но при нестабильно мигающем свете не увидела ничего нового. Красное изображение крыла оставалось крепко впечатанным в кожу.
— Вальтез, — зарычал кто-то громогласный, — покажись немедленно и объяснись, Холм тебя упокой. Иначе мы за себя не отвечаем. Что случилось с гостевыми метками?!
Джок, стоявший ко мне ближе всех, повернул руку, подставив свету. И вместо синей метки, соответствующей рангу покупателя, я увидела красный отсвет.
Скайшоэль зашипел, оборачивая вокруг себя магию, и его запястье тоже мигнуло алым.
Оу. Похоже… все в зале после странного перемещения «Летучего» из гостей превратились в Ценности корабля.
На меня обрушился вал из ярости, негодования и страха, отчаянно испускаемых присутствующими, но торопливо укрепляя щиты, я думала не о пойманных на корабле "сильных мира сего" и что теперь будет со всеми нами, а о том, что Диего находился далеко. Нереально далеко, чтобы успеть подхватить меня при падении. Быть проклят этот аукцион и корабль вместе взятые! Кто меня целовал?!
Глава 13.
Неведомая сила буквально одним изменением цвета печатей взяла в плен несколько десятков влиятельных особ, еще несколько минут назад неосмотрительно считавших, что полностью контролируют свою жизнь.
Вуаля, уважаемые. Судьба — изменчивая кокотка. Иногда она начинает улыбаться, но не факт, что это знак личной симпатии. Возможно, она готовится вволю над вами похохотать.
Теперь вы все с товарным клеймом — узники фейри-пирата.
С моей точки зрения, ситуация не похожа на хитрый финт Вальтеза.
Бывшие гости возбужденно гомонили, собирались группами. Тут и там возникали быстрые перепалки. Кто-то выбегал из зала, несколько присутствующих вытащили коммуникаторы и безуспешно пытались отправить сообщения.
Дриады поднимали оставшиеся без защитных куполов, упавшие с подставок товары. Переглядывались и одна за другой тихо исчезали в стенах.
Несколько благородных гостей успели захватить какие-то Ценности и теперь не подпускали к ним служительниц, громогласно требуя немедленного появления владельца корабля с объяснениями и извинениями.
- Тш-ш-ш. Идем со мной к хозяину, — Брейвуд ухватила меня за руку и подвела к ближайшей стене, — здесь опасно. Тебя могут схватить.
Ее губы беспомощно кривились, длинные острые ушки сокрушенно повисли. От нее шли чистые, ничем не заглушенные переживания. Растерянность, страх, желание сбежать.
