Стая

Не было в ее глазах гордости за себя, а в голосе не слышал он хвастливых ноток. Только о том, что мечтала поскорее в школьные будни окунуться, пылко говорила.

Просидели они под сосной некоторое время, вслушиваясь в щебет птиц над головой и крики купающейся детворы. Потом по обоюдному согласию решили возвращаться, иначе беспокойный папа сподобится поисковый отряд организовать, и тогда им двоим точно не поздоровится. Юля нехотя шла, еле ноги переставляла. Денис и поторопил бы ее, быть может, но только понимал это нежелание возвращаться. И сам бы с удовольствием не один час на травке повалялся, только вот не самое лучшее время сейчас для такого всепоглощающего расслабления. Однако никто их долгого отсутствия, как будто, не заметил, только мать бросила на Юлю пытливый взгляд."

"К вечеру скептический настрой Дениса насчет бани безвозвратно исчез. Он уже страстно мечтал смыть с себя пот, пыль, грязь и сменить одежду. Но с еще большим рвением он ждал того самого решающего разговора с Монаховым. Но тот выдерживал паузу. Навряд ли кому-то удастся его в этом переплюнуть.

Дом у Анны Анатольевны не такой, конечно, большой, как у старшего сына, но просторный, с достаточным количеством комнат, чтобы принять такое число гостей. И как-то все умудрялись не сбиваться в кучу, а равномерно рассасывались по комнатам и двору, не создавая хаоса и толчеи. А с самой бабулей в разы проще стало после короткого разговора:

«— А ты, сынок, на меня не обращай внимания. – Ну, что, вы, Анна Анатольевна… — Ладно тебе, знаю я, что ум за разум заходит. Все мы со временем потихоньку из него выживем. И зла на меня не держи, если надоедливой покажусь».

Уютно все так. По-домашнему. Но если глубоко задуматься о случившемся, то холодок пробегал по коже. И с наступившей вечерней прохладой это ничего общего не имело. Денис даже накинул кофту, чтобы сбить ощущения. А если бы не чувствовал себя так, то все равно оделся бы, не сидел в беседке полуголый после бани. Перенесенное воспаление легких давало о себе знать, любой сквозняк с ног валил.

Теперь, когда Монахов высказал свое предложение, если это можно так назвать, Денис пребывал в легком недоумении. Слишком все просто оказалось. Просто до абсурда. Вне его понимания. Не верил он в такую удачу, лично ему фортуна всегда только заднее место показывала, а тут такой шанс неплохо устроиться. А главное, без морально-этических жертв и мук совести.

— Вы очень преувеличиваете мои способности, Сергей Владимирович, — сказал, опираясь на широкую спинку деревянной лавки. – Мы, как говорится, физкультурных академий не заканчивали.

— А я не олимпийскую сборную тренирую, как ты понимаешь, — усмехнулся Монахов, растирая крепкую грудь полотенцем.