Стая

— Андрей, — нахмурился Денис, — ты, действительно, давай там осторожней. И Игорю передай. Как-то все слишком мутно. И этого оставь, а? – Денис не взглянул в сторону Самарина, только лишь едва заметно качнул головой.

— Понял я, понял. А с этим что не так?

— Возьми кого-нибудь толкового.

— А я чем не толковый? – взбеленился Самарин из-за того, что говорили о нем, будто его самого в зале не было.

— А с тобой вообще никто не разговаривает. – Денис прожег его взглядом.

— Монах сам сказал!.. – не отступал Витек.

— Еще раз рот откроешь, снова пойдешь в автосервис гайки крутить, понял? – жестко полоснул его словами Шаурин.

– Ясно, спрашиваю?

— Яснее не бывает, – насупился Самарин.

— Все, Витек, отбой тогда, — без сожаления Маркелов дал тому от ворот поворот и вышел.

Через несколько дней после этого разговора Денис сидел в своей машине и, прищурившись, напрягал зрение, всматриваясь в документы, которые ему некоторое время назад передал информатор Монахова, подсев к нему на автозаправке. За окном вечерело, а света в машине не хватало для свободного и непринужденного чтения.

Все, что находилось в пластиковой папке, — по душу Веселова.

Хотя время дорого, Шаурин потратил на изучение бумаг целых пятнадцать минут. Содержащаяся в них информация не сшибала с ног своей новизной, но была не лишней и очень полезной. Мало просто предполагать, слышать, знать — лучше иметь основания в доказательствах.

Конечно Денис сообщил Сергею Владимировичу подробности своего разговора с Крапивиным, чем только подтвердил подозрения первого. Исходя из этого, Монахов решил подготовиться и припрятать в рукаве пару «тузов». Лучше бы они не понадобились, но сомнительно, что Веселов остановится на достигнутом раз возобновил войну.

Просмотрев все листы, Денис на секунду прикрыл глаза, опираясь затылком на подголовник, выстраивая мысли в удобоваримую систему. Память человеческая, как ящик, — не бездонна, не бесконечна. И дабы сохранить нужную информацию, укладывать ее лучше в виде небольшой конструкции, которую при необходимости можно широко развернуть.

Захлопнув папку и отложив ее на соседнее сиденье, тронул машину. Его наверняка уже давно ждут. И самому не терпелось покончить с этим и отправиться домой. Одолевала усталость – нормальное явление после семи вечера, характерное для любого человека.

Особенность чисто физиологическая. Хотя, откровенно говоря, что такое полное расслабление Денис уже позабыл. Давно уже жил, будто в вечном тонусе.

Оставив машину у входа в ночной клуб, сразу поднялся в кабинет Монахова. Сергей Владимирович, как и ожидалось, был не один. Вуич и Шаповалов, словно по команде повернули головы в сторону открывшейся двери. Юра сидел в кресле, погрузившись в размышления. Самарин притих в сторонке.