Стая

– Или сама неровно дышишь к нему? – развеселилась еще больше, что очень уязвило Юлю. На нее накатило бессилие. Именно в этот момент девочка поняла, что есть вещи, с которыми она справиться не в состоянии. Тут деньги и власть папы ей ничем не помогут, а в случае с Денисом, — только усугубят ситуацию.

Несколько секунд она смотрела на Лилию, застыв на месте, не замечая, что пенная вода капала с рук на пол. Старалась сохранить спокойствие, держалась, что есть силы, чтобы не показать чувств, что забурлили внутри. Мысли, как назло, лихорадочно носились в голове, словно добавляя жару. В конце концов… Ее отец — старший брат, он главный…

Юлька стиснула кулаки, окатила Лилию холодным взглядом и широко улыбнулась, сверкнув белыми зубами. Чтобы в этой жизни отхватить или удержать лакомый кусок, нужны здоровые крепкие зубы… А в Юлькиной улыбке не было доброжелательности, скорее, желание заморозить Лилю на месте.

— У тебя слишком богатая фантазия. Умерь свой пыл, — улыбка младшей сестры угасла, кристаллики льда подернули взгляд серо-зеленых глаз. – Имей совесть. Ты находишься у меня в доме, веди себя прилично! Или у тебя совсем крышу снесло? Сядь, прижми свой зад к стулу, съешь еще один кусок торта и успокойся.

Лилия опешила. Впала в короткий ступор. Она, конечно, знала, что у Юльки характерец еще тот… Они часто ссорились, препирались, но ни разу до того времени Юля не говорила с ней таким высокомерным и уничижающим тоном. Лилия не сразу нашлась, что ответить.

— Ненормальная, — фыркнула она и вышла из кухни. Это все, что она придумала сказать.

Юля прислушалась к шагам. Правда, шум льющейся из крана воды мешал это сделать. Но все же, удалось уловить шаги Лилии по лестнице. Она поднималась в спальню. Юлька вздохнула свободнее. Одну битву она выиграла. А сколько их еще – неизвестно… И самая главная не с сестрой и кучей таких же ополоумевших от любви девиц, а с самим Шауриным. Это даже не битва, а целая война. Они с Денисом подружились, общались свободнее, но хотелось других взглядов и других слов. Чтобы перестал он видеть в ней малолетнюю подружку. Кажется, что это сделать почти невозможно. Если бы могла, Юля спросила бы совета у матери. Но она не могла. Оставалось надеяться только на себя.

Лилию можно понять. Юлька и сама такой стала. Ополоумевшей от любви. Хотелось быть с ним рядом, смотреть на него бесконечно, говорить обо всем на свете, у них всегда так мало времени на разговоры, а она столько еще про него не знала… Как он живет, где живет, что любит или не любит. Что ест, в какой позе спит… Ее волновало абсолютно все. Он сегодня был какой-то особенный, таинственный. Но, может, это черный цвет создавал такое впечатление. Впрочем, Денис всегда был закрытый, вот и хотелось Юле знать о нем как можно больше.