1
0Чтобы слушать и говорить. Я только фильтр между наушником и микрофоном, записная книжка между двумя письмами».
Он поднес обе трубки к ушам.
— Жером, тебе уже звонили?
— Я первый, не правда ли? Отвечайте!.. Скажите!
Голос отчетливый, уверенный. Голос взволнованный, на грани отчаяния. Оба удивительно похожие, они перекликались как эхо.
— Алло, — сказал Жером Боск. — С кем имею честь?
Вопрос сдержанно-вежливый, безличный, пожалуй, несколько нелепый, но какого черта люди не называют себя по телефону?
— Объяснить слишком долго… Нас могут прервать… до тебя невозможно дозвониться. Слушай внимательно, это единственный шанс в твоей жизни. Говори «да» и отправляйся! (Щелчок, треск, шорох гравия по железной крыше) …без всяких колебаний!
— Нет… нет… не надо… любой предло… я… нет… ни в коем…
…………………………………………………………………………………………………
…………………………………………………………………………………………………
— Кто вы? — крикнул Жером Боск сразу в обе трубки.
Шум помех с обеих сторон. Справа — скрежет сминаемого металла. Слева — рычание мотора. Справа — треск яичной скорлупы под ногой. Слева — визг напильника по стальной рессоре.
— Алло! Алло! — тщетно надрывался Жером Боск.
Клик-клик. Гудок. Тишина. Гудок. Тишина.
Справа и слева. Двойной сигнал, что линии заняты.
Он повесил трубку левого телефона. Другую трубку он несколько секунд продолжал держать в правой руке, прижимая к уху и прислушиваясь к печальной механической музыке из двух нот — звука и тишины, звука и тишины, — словно тревожная сирена надрывалась в глубине раковины из черной пластмассы.
Затем он положил на рычаг и правую трубку. Через открытое окно он видел блеклое небо с летящими городскими птицами в пятнах копоти или просто черными, перекаленную временем кирпичную стену, закрывавшую больше половины горизонта, а внутри комнаты, у самого окна, календарь с картинками, бесплатный дар фирмы электронных калькуляторов. Сейчас над таблицей с днями месяца сверкала сочная репродукция весьма странной картины «В гостях у носорога». Носорог с недовольным видом стоял спиной к зрителям, очевидно, чтобы потрафить знатокам искусства. По другую сторону довольно низкой решетки дама в длинном платье и полумаске, арлекин и две девочки в бантах забавлялись, разглядывая чудовище.
А голос-то был один и тот же. Но как один человек может говорить сразу по двум телефонам, по двум разным линиям, произнося при этом одновременно совершенно различные слова?
И мне этот голос знаком. Я его уже где-то слышал.
