Но устроиться по специальности без протекции в Москве невозможно. Разве что сидеть в консультации, отвечать на вопросы пенсионеров, как им внуку избу завещать. Зарплата мизерная, тоска, скука и противные коллеги, в основном тупые бабы, прилагаются. Когда мы с Ирой познакомились, я в газете объявления публиковал, иногда появлялся клиент. Но денег сей «бизнес» приносил копейки. Я весь извелся, что не могу обеспечить жене достойную жизнь. Когда Ира из моей квартиры домой сбежала, я испугался, что потеряю любимую женщину. Пообещал ей обновить апартаменты. А где средства взять? Кредит мне никогда не дадут! Стал звонить знакомым, искать барыгу и в конце концов вышел на паренька.
В почтовом ящике мы находим авиабилеты, адрес. И выполняем те поручения, которые нам дают. Задания бывают разные. Порой мы приезжаем в клинику, ждем, нам выносят специальный бокс в чехле, доставляем его получателю.
– И до сих пор занимаетесь ужасным делом, – схватилась за голову Надежда.
– Ты наивная незабудка. Впрочем, и я был такой, когда соглашался. Решил: отдам долг – и свободен. Потом мне объяснили: из этого бизнеса не уходят, из него уносят.
– Куда? – не поняла Надежда.
– На кладбище вперед ногами, – уточнил муж сестры. – Мы на всю жизнь рабы. Сначала Славика, а теперь Жирафа!
Глава тридцать вторая
Надежда Петровна умолкла.
– Контейнер с донорским органом, наверное, нельзя привозить домой, – заметил Константин. – Как же он оказался в прихожей Сергея?
– Я задала ему в ту нашу встречу этот же вопрос. Он ответил, что впервые за долгое время случилась накладка. Курьеры прибыли по адресу, а их там не встретили. Ирина, оставив мужа с поклажей во дворе, начала аккуратно расспрашивать местный народ, где ей найти доктора.










