Жар сердец

Схватив Силвер за руку, Морган повел ее за собой к сходням.

– Куда мы идем? – Не обращая внимания на изменившееся выражение его лица, Силвер позволила Моргану тянуть ее за собой. Сегодня ей уже было не важно, что о ней думает Морган Траск. Она освободилась от отца, почувствовала себя наконец в безопасности и испытывала волнение оттого, что попала в такое экзотическое, удивительное место.

– Вы остановитесь в доме моего друга, вдовы лорда Грейсона.

Силвер удивленно подняла брови.

– Вы были другом ее мужа?

– Никогда не имел чести знать этого джентльмена.

Когда они шли по пристани, рука Моргана сжалась еще крепче. Следом за ними шел Джордан, сгибаясь под тяжестью сумки со всем необходимым, что Силвер собрала для остановки на острове.

Силвер искоса взглянула на Моргана, пытаясь угадать его мысли. Выражение его лица стало каким–то загадочным, как будто он никак не решался ей что–то сообщить. Силвер хотела расспросить его о женщине, о которой он упомянул, но не сделала этого, решив, что скоро увидит ее сама. Перейдя улицу, Морган нанял экипаж. Джордан сунул ее сумку в отделение для багажа.

– До свидания, мисс Джоунс, – произнес он с такой тоской, что Силвер смутилась.

– Я пробуду здесь всего несколько дней, Джордан. Побереги себя.

– И вы тоже, мисс Джоунс. – Повернувшись, он побрел прочь.

Морган уселся рядом с ней, скрестив ноги, и экипаж тронулся. Силвер могла чувствовать тепло его тела, когда плечо Моргана упиралось в ее. Она пыталась, как могла, не обращать на это внимания, но ее сердце само начинало биться сильнее. Внезапно, кашлянув, Морган отсел от нее чуть подальше; при этом он коснулся ее своей мускулистой ногой, и Силвер показалось, что в повозке сразу стало жарко.

– Нам долго еще ехать? – спросила она.

– Не очень. – Его голос показался ей удивительно хриплым.

Глядя в окно, Силвер видела улицы Бриджтауна, полные народа. По мостовым прогуливались элегантные дамы, закрывавшиеся от солнца шелковыми зонтиками; мужчины чаще всего были одеты в цилиндры, сюртуки и брюки в темную полоску. Барбадосские простолюдинки несли на головах корзины, продавцы предлагали самые разнообразные товары – от батата до мякоти сахарного тростника.

– Покупайте мобей, сладкий, сладкий мобей, – выкрикивала иссохшая, морщинистая старуха. Это был горьковато–сладкий напиток, изготовляемый из высушенной коры деревьев, привозимой сюда с соседних островов. Кору варили, получая жидкость, имевшую сладковатый вкус и запах.

Экипаж проехал Трафальгарскую площадь, где почти тридцать лет назад был воздвигнут памятник лорду Нельсону. Над статуей нависали кроны вечнозеленых деревьев.