Жар сердец

Но техасцы настояли на том, чтобы Морган собственноручно управлял кораблем, и он уступил, решив на время отложить в сторону свой бизнес по продаже хлопка и снова почувствовать в руках штурвал.

– Доброе утро, майор, – раздался негромкий голос от трапа, ведущего вниз, в отделанную дубовыми панелями, с дубовыми стульями вокруг тяжелого стола кают–компанию. За ней располагались еще две каюты: одна – для капитана, вторая – для стюарда.

– Лейтенант Гамильтон Рейли. Меня назначили вашим сопровождающим во время предстоящего плавания.

Рейли поднялся по трапу на палубу, и Морган, обменявшись с ним рукопожатием, отметил твердость руки лейтенанта.

– У вас есть какие–нибудь новости?

– Ничего существенного. На Барбадосе мы встретимся с британцами и продадим им хлопок в обмен на сахар. Затем отдадим этот сахар другим британцам и получим оружие. Его–то мы и отвезем на Юкатан. Пока техасцам хватает пушек и ружей, но кто знает?

Рейли выглядел моложе двадцати, хотя, как слышал Морган, ему было двадцать три. Синие глаза смотрели на мир наивно и чуть удивленно. Морган вспомнил, что свою юность этот парень провел в Вест–Пойнте и еще не видел настоящей жизни.

– Корабль будет готов к отплытию через два дня, – сообщил Морган.

– Прекрасно. Мы прибудем на место гораздо раньше британцев.

– На борту есть еще техасцы?

– Пятеро, включая меня. Как мне говорили, ваша команда состоит из пятнадцати человек?

– Верно. Вообще–то положено иметь команду в пятьдесят, но я думаю, плавание будет нетрудным. К тому же чем меньше людей знает о перевозке оружия, тем лучше.

Губы лейтенанта растянулись в улыбке, от нее на щеках появились ямочки, сделавшие его лицо еще моложе.

– Если я вам понадоблюсь, вы сможете найти меня в моей каюте.

– Есть, сэр! – приложил руку к козырьку лейтенант.

– На этом корабле вы можете оставить военные привычки.

– Есть, сэр, – повторил лейтенант и еще раз машинально поднял руку, но, смутившись, поспешно ее опустил.

– Это все, лейтенант.

Повернувшись, Гамильтон Рейли направился прочь. Морган же спустился в кают–компанию и, пройдя ее, открыл дверь своей каюты. Сев за рабочий стол, он принялся за составление последних перед отплытием распоряжений. Корабль мог отправиться в путь, как только будет завершена выгрузка бочек с ромом из его трюмов и на судно доставят хлопок.

Подумав об этом, Морган откинулся на спинку стула и улыбнулся. После напряженной работы, которой он занимался последние месяцы, ему предстоял продолжительный отдых в море. Морган мысленно уже слышал хлопанье парусов под прохладным утренним бризом, видел лазурные волны Карибского моря. Ему хотелось, чтобы все это он мог ощутить в реальности как можно скорее.

– Завернись в одеяло, – буркнул рыжеволосый матрос. – Дождь усиливается.