Её брови взлетели, в легком удивлении, стоило увидеть моё лицо, но только на секунду, а затем вновь взгляд из под короткого козырька фуражки, стал холодным и требовательным.
По какому-то наитию, я вскинул ладонь к виску и представился, — Курсата Иванов, госпожа майора.
— В воинском приветствии пальцы должны касаться середины козырька, а не околыша над ухом, — поправила меня та, а затем требовательно спросила, — что вы делали, курсата?
— Ничего, — ответил я, — просто решил прочитать, что написано на табличке.
— Понятно, — задумчиво ответила майора, вновь оглядывая меня.
— Спасибо, госпожа майора, — благодарно кивнул я и, пристроившись сзади (как бы пошло это ни звучало), порысил вслед за женщиной внутрь корпуса.
Уже в фойе я буквально столкнулся с десятками других курсат, что завидев меня, мгновенно прикипали взглядами к моей форме, вернее ко мне в форме. Я прекрасно читал удивление в их глазах и только наличие впереди суровой майоры не давало им это удивление озвучить.
Поднявшись по широкой лестнице на второй этаж, майора, раздвигая мощным бюстом курсат перед собой как атомный ледокол паковые льды, довела меня до тяжелых дубовых дверей с надписью над дверью: «Кафедра МССН».
— Вот, привела наше новое приобретение, курсата Иванов, собственной персоной! — войдя, громогласно объявила Гладких, привлекая ко мне внимание остальных преподавателей.
Не то чтобы я не был к такому готов, но взгляд десятки старших официр, заставил незаметно поежиться. Тем более, что все женщины как одна были чертовски красивы взрослой, оформившейся красотой. В строгой военной форме, идеально сидящей на их словно отлитых из металла телах, они были валькириями и амазонками в одном флаконе. Хочешь-не хочешь, а в таком обществе заробеешь.
Положив фуражку на ближайший стол, майора чуть пригладила короткие волосы, покосившись на меня, мнущегося у входа, с легкой усмешкой произнесла, — Проходите, курсата, сейчас придет ваша куратор учебного взвода и всё вам объяснит.
Помещение кафедры было не слишком большим, штук восемь столов, какие-то шкафы, несколько ЭУМов, не первой свежести, стопки свернутых трубкой плакатов в углу и большая, на всю стену схема мобильного доспеха в разрезе.










