Завгар #2 - Конец академии

Впрочем в неведении я оставался не долго, потому что сидевшая за столом сотрудница немедленно вскочила, — Госпожа генерала!

«О, — подумал я, — целая генерала ИСБ, солидно!»

Оглядев кабинет, та чуть кивнула в мою сторону, затем уточнила, — Пётр Иванов?

— Так точно, — бодро заявила оперша, — ведем допрос относительно террористической деятельности…

— Я его забираю, — перебила ту генерала, не став дослушивать.

— Но… — опешившая от такого иэсбешница даже не сразу нашлась, что сказать, — госпожа генерала, допрос еще не окончен.

— Не важно, — отрезала хмуро большая начальница (а кем она еще могла быть), — дело Иванова забирает, как и его самого, канцелярия ЕИВ.

— Капитана, — снова оборвала ту генерала, — это дело больше не ваше, поэтому допрос окончен. Вещи все при нем?

— Так точно, — уже тише ответствовала, резко потерявшая пыл и задор женщина.

— Тогда за мной, — рыкнула генерала уже мне, — и наручники с него снимите.

— Погодите, — подал голос я, — а пальто?

— Там осталось твоё пальто, — скривившись, махнула куда-то в сторону оперша и я понял, что оно так и висит в том самом подвале, где сам себя перехитривший Рубинштейн организовал тайный мужской клуб.

Если конечно его давно не прибрали к рукам какие-нибудь бомжи.

Путь на свободу был куда короче, чем до камер в подвале и уже через пару минут я оказался, на залитом солнцем заднем крыльце здания, возле которого был припаркован наглухо тонированный фургон.

Стоило мне сделать шаг, ежась от легкого морозца, в влажном климате Питера пробиравшего до костей, как боковая дверца тут же отъехала в сторону и из салона пахнуло теплом.

Поспешив быстрее забраться внутрь, я сел на первое попавшееся сиденье и встретился глазами с женщиной напротив.

— Ну здравствуй, Пётр, — восточный тип лица и чересчур мягкий говор вот что я заметил прежде всего, а затем, она протянула руку и представилась сама, — можешь звать меня Виктория, я представитель канцелярии Её Императорского Величества, и нам с тобой о многом, сейчас предстоит поговорить

— Ну и что ты думаешь? — спросила оперша напарницу, глядя в окно на отъезжающий фургон.

— А что тут думать, у нас опять его забрали, теперь канцелярия. Чем же он им всем так важен?

— Угу, — буркнула первая, — и им и Кентавру.

Не находишь это странным?

— Допросить бы его, по настоящему, — мечтательно произнесла вторая, — он ведь точно знает, по глазам видела.

Внезапно дверь кабинета распахнулась и в проходе возникла фигура начальницы их отдела, полковницы Киреевой.

— Петрова, Боширова, — требовательно произнесла она, — со мной к генерале, бегом!

— Началось, — устало произнесла первая.

— А у вас и не кончалось, — ответила резко полковница.

После разговора с Викторией, я остался в двойственных чувствах.