Один, значит, предостерегался, в неё не кончал, презервативы натягивал, а другой в своё удовольствие без резинки дрючил её по-всякому, так почему первый должен платить за удовольствие второго? Нет, судья прав. А у нас виновен не виновен — сиди…
Потомя кратко пересказал заметку из «Франкфуртер Рундшау» о том, что недавно в Германии одна баронесса завещала 152 миллиона евро своему псу, догу Гюнтеру III; завещание было написано при жизни баронессы, подтверждено необходимыми справками, так что, когда завещательница усопла, ни одному племяннику не досталось ни пфеннига.
Полковник слушал, затаив дыхание, с восхищением потирая энергичные пальцы.
— Вот это я понимаю! Если бы этот Гюнтер жил у нас, то деньги бы дальше адвоката и нотариуса не ушли бы… А при утечке информации — распилили бы бабло с чиновниками, после чего пёс сразу бы попал под машину. Кому остались деньги? Государству. А государство — это они, чиновники! Или привили бы ему бешенство — а потом усыпили без затей… Или вообще на стол к корейцам угодил — зачем хорошему продукту пропадать?.
И рассказал, что один театральный режиссёр, за педофилию к ним попавший, говорил на допросах, что все беды России в том, что нарушены какие-то важные три правила — времени, места и действия.










