1
0И на корточках перед Бранвеном сидела женщина, смотрела ему в глаза и чем-то перевязывала его руку.
Лида разглядела, это бы кусок ее юбки. В отдалении маячил с брезгливой рожей ее мужик и что-то такое нудел, видно было по губам. Женщина оглянулась на него и огрызнулась. Тогда мужик плюнул под ноги и отошел.
А лагерь двигался. Парни помоложе хорохорились, кто-то до сих пор не мог прийти в себя. Она подумала, что этим людям понадобится помощь психолога, да только где ж его взять…
В этот момент подошел Аэд, за его спиной еще трое. Один, Лида его запомнила, это тот, который оборачивался гигантским змеем.
Внутри нехорошо сжалось.
— Мы закрываем грань. Кто хочет остаться, милости прошу, вы получите нашу защиту и все условия для жизни. Кто хочет вернуться назад в свой мир, вам придется сделать это сейчас. Выбор за вами.
Выбор. Лида шумно вздохнула, вспоминая, как Аэд сказал ей в первый день:
Слезы навернулись на глаза. Господи, как она тогда на него разозлилась. Сколько времени прошло? Три дня? Три неполных дня.
Слова повелителя разом всколыхнули толпу. Проводники подобрались. смотрели тревожно и напряженно. Девушки… Лида невольно выдохнула, девушки остались.
Она и не заметила, как стала болеть за то, чтобы все они обрели счастье.
Все парни помоложе остались, им тут дико понравилось. Уйти решили две супружеские пары среднего возраста. Все просто.
— Дети, внука ждем, надо помогать, — сказала одна из женщин.
И один мужчина решил уйти, тот самый.
— У меня тоже жена и дети! — и обернулся к женщине, которая была с ним.
Она молчала и смотрела на него сочувственно и одновременно презрительно. А из него вдруг полилось, как из неисправного крана:
— Да кому ты тут нужна, шкура старая! Что ты о себе возомнила?! Ты… Ты…!
Мужчина запнулся, выискивая в своем лексиконе какую-нибудь совсем уж заковыристую гадость. Но она только головой качнула. В этот момент к ней подошел ночной охотник и проговорил:
— Госпожа, я Бранвен Ленд.
При этом он умудрился, и заслонить ее собой от этого типа, и руку ей протянуть.
Она ведь действительно была не слишком красива и не молода. Но что-то трепетало у него в душе, когда он смотрел на нее. А женщина смотрела на него, приоткрыв рот, и молчала. Его начинало потряхивать волнением изнутри. Ну же…
Хотелось сказать ей:
А еще лучше взвалить на плечо и утащить. Но Бранвен ждал. Выбор должен быть добровольным, проклятые правила. Наконец она робко протянула ему руку и сказала:
— Это честь для меня.
