5
0Остатки механизированных корпусов отводятся за рубеж сопротивления, составляя подвижные группы фронтов. Армии второго стратегического эшелона закрывают разрывы в линии фронта, армии третьего эшелона образуют оперативные резервы. Если противнику удастся на отдельных направлениях упредить советские войска с выходом к рубежу сопротивления, захватить мосты и форсировать Двину или Днепр (как это в Текущей Реальности удалось Э. Манштейну под Даугавпилсом), то армии второго эшелона получают задачу ликвидировать плацдарм действиями против флангов прорвавшихся ударных группировок противника, в то время как авиация и диверсионные группы прилагают все усилия к уничтожению стратегически важных мостов и магистральных железных дорог в тылах этих группировок.
В таком сценарии вермахт будет вынужден остановиться перед линией Западной Двины. На форсирование этой оборонительной позиции уйдет не менее двух недель, а скорее, месяц. За это время будет подготовлен следующий рубеж сопротивления.
Выигрыш времени и сил может быть потрачен на то, чтобы совместными усилиями Балтийского флота, Ленинградского военного округа и авиации резерва Верховного Главнокомандования быстро вывести из войны Финляндию (или, по крайней мере, нанести ей значимое поражение, прорваться в глубь страны, захватить Хельсинки, нейтрализовать финский флот и развернуть авиацию в средней Финляндии, создав фланговую угрозу для германской армии «Норвегия»).
Значительно большей фантазии и изворотливости требует поиск Альтернативных Реальностей, выгодных Рейху. Прежде всего, ни «строгое выполнение Уставов», ни следование законам стратегии Германию не спасает. Конечно, если мы начнем строить версию, в которой А. Гитлеру способствует та же невероятная удача, что и в реальном 1941 году, и при этом германские военачальники не делают грубых ошибок с Киевом, Смоленском и Таллинном, ОКХ не теряет полтора месяца оперативного времени на обсуждение перспектив второго этапа кампании, германские оккупационные власти прилагают усилия не к уничтожению комиссаров, евреев, цыган и прочих «недочеловеков», а к налаживанию элементарного взаимодействия с населением и организации хозяйственного организма на захваченных советских территориях, в то время как тыловое войсковое начальство обеспечивает хоть сколько-то сносные условия жизни для пленных советских солдат и офицеров. Если при этом советское командование еще и повторит все ошибки, совершенные им в летней и осенней кампании в Текущей Реальности, то в такой версии можно выиграть войну за Германию даже в рамках «Барбароссы». Но подобная «игра в одни ворота» порождает Реальность с очень низкой достоверностью. Такая Реальность тоже очевидна и «не интересна».
