10
0— Думаешь, что прокурор даст ордер на твой арест?
— Может быть, и не даст, но наверняка они захотят меня допросить.
Она посмотрела на него с нежностью и сочувствием, но ничего не сказала.
— Будь осторожна, — предупредил он и вышел.
Было еще темно, когда он вошел в отель «Рипли» и попросил номер с ванной. Он записался в книгу отеля как Фред Б. Джонсон из Детройта и получил комнату под номером пятьсот восемнадцать, за которую ему пришлось заплатить вперед, так как у него не было багажа.
Оказавшись в комнате, он закрыл окна шторами и заказал четыре бутылки имбирного пива и побольше льда. Слуга, который принес ему заказ, доставил также литровую бутылку виски. Мейсон уселся в мягкое кресло, положил ноги на кровать и закурил сигарету. Двери на ключ он не закрывал.
Он ждал больше получаса, прикуривая одну сигарету от другой, когда дверь вдруг открылась и в комнату без стука вошла Ева Белтер. Она повернула ключ в замке и послала ему улыбку.
— Я рада, что нашла вас.
Мейсон даже не встал с места.
— Никто не следил за вами? — спросил он.
— Нет, никто. Мне сказали только, что я могу быть нужна в ходе следствия, поэтому я не должна уезжать из города и никуда не уходить, не сообщив в полицию. Вы думаете, что меня арестуют?
— От множества вещей. Я должен с вами поговорить.
— Хорошо. Я нашла завещание.
— И что вы с ним сделали?
— Все точно так, как я предвидела. Я думала только, что мне достанется больше. Думала, что он оставит мне средств хотя бы на выезд в Европу, чтобы я могла немного осмотреться и… как-нибудь снова устроиться.
— Вы хотели сказать: найти себе нового мужа.
— Ничего подобного я не говорила.
— Нет, не говорили. Но вы именно это имели в виду, — ответил Мейсон равнодушным тоном.
Она сделала высокомерное лицо:
— Мне кажется, мистер Мейсон, что разговор начинает принимать нежелательный оборот. Вот завещание.
Он посмотрел на нее пронзительным взглядом и сказал:
— Мало того, миссис Белтер, что вы втягиваете меня в дело об убийстве, так вы еще пробуете со мной свои театральные штучки. К сожалению, они на меня не действуют.
Она выпрямилась с достоинством, но не сдержалась и фыркнула от смеха.
— Конечно, я имела в виду новое замужество. Что в этом плохого?
— Ничего. Тогда почему вы отрицали это?
— Сама не знаю. Это сильнее меня. Терпеть не могу, когда люди обо мне слишком много знают.
— Вы терпеть не можете правды. Предпочитаете прятаться за занавесом лжи.
Ева Белтер покраснела.
— Это недостойно вас, мистер Мейсон! — взорвалась она.
Он, не отвечая, протянул руку, взял у нее завещание и медленно прочитал.
— Оно написано мужем?
Он посмотрел на нее с подозрительностью.
— Похоже на то, что оно написано одним почерком, — заметил Мейсон.
— Но это не похоже на его почерк.
