10
0— А Фоули проживает в доме номер 4889?
— Тем не менее эти дома расположены рядом?
— У вас большой участок?
— Средний. Большой у Фоули.
— Он состоятельный человек?
— Какое это имеет значение? — с раздражением спросил Картрайт. — Конечно, состоятельный, иначе он бы не жил там.
— В принципе это не имеет отношения к делу, — медленно ответил Доркас, — но мы должны действовать осмотрительно. Я не хотел бы арестовывать респектабельного гражданина без предупреждения. Предположим, я предупрежу его?
— От этого не будет никакого толку, — буркнул Картрайт.
— Мой клиент, — с достоинством произнес Перри Мейсон, — желает действовать по справедливости. Вы можете использовать методы на ваше усмотрение, Доркас, но я намерен настаивать, чтобы собачий вой прекратился раз и навсегда. Вы сами видите, что из-за этого мой клиент пребывает в нервном состоянии.
— Я не нервничаю, а просто слегка расстроен, — огрызнулся Картрайт.
Мейсон молча склонил голову. Купер посмотрел на него, едва заметно кивнул и вновь устремил взгляд на Картрайта.
— Думаю, — снова заговорил Доркас, — что прокуратура не должна начинать судебное преследование без предупреждения. Мы отправим письмо мистеру Фоули, уведомив его о жалобе и напомнив об указе, согласно которому содержание подобной собаки является правонарушением. Мы объясним ему, что, если собака больна, ее следует поместить в лечебницу или питомник вплоть до выздоровления.
Перри Мейсон посмотрел на Картрайта. Тот попытался заговорить, но его сразу же прервал Доркас:
— Сколько времени там находится собака, мистер Картрайт?
— Точно не знаю — не менее двух месяцев. Я сам живу на Милпас-драйв всего два месяца. Все это время собака была там.
— Но раньше она не выла?
— А когда начала выть?
— Прошлой или позапрошлой ночью.
— Насколько я понимаю, — сказал Доркас, — ваши отношения с мистером Фоули хорошими не назовешь. Полагаю, вы не станете просить его, чтобы он заставил свою собаку прекратить выть?
— Как насчет того, чтобы позвонить ему по телефону?
— Ну, предположим, я ему напишу…
— Вы не знаете Фоули, — с горечью промолвил Картрайт. — Он разорвет ваше письмо и заставит собаку выть еще сильнее. Ваше послание вызовет у него только злобную радость — ведь это доказывает, что ему удалось меня достать. Он покажет письмо жене и… — Картрайт внезапно умолк.
— Продолжайте, — подбодрил его Доркас. — Что еще он сделает?
— Ничего, — мрачно буркнул Картрайт.
— Думаю, — вмешался Мейсон, — нас удовлетворит ваше письмо, мистер Доркас, при условии, что, если собака не перестанет выть, будет выписан ордер.
— Разумеется, — согласился заместитель окружного прокурора.
