1
0Она опять села так, чтобы повернуться к нему неповрежденной стороной лица, и он мог любоваться её нежной кожей и точёным профилем, и как дрожат в улыбке полные губы.
– Что означают буквы на гребне? Там две буквы «К».
Ивин понятия не имел, откуда взялся гребень. Но про буквы догадаться было просто.
– Девичье имя последней графини Финерваут – Камилла Калани. Наверняка в замке осталось много её вещей. Но странно… хотя ладно. Ты нашла гребень под зеркалом?
Он подлил Марисе ещё вина.
Странно было, что гребень с монограммой графини нашёлся в башне колдуньи. Он-то считал, то графине незачем было тут бывать, это уединённое место принадлежало другой особе, серьезной и необщительной. Значит, он не совсем верно кое-что представлял.
– Калани – тоже колдовской род?
– Что ты, нет. Но это древний и знаменитый род, причём из Кандрии. Леди Камилла приехала в Грет вместе с королевой Альденой. Хотя, тогда она была лишь невестой короля. Леди Камилла рано потеряла родителей, вот её и отправили сюда в качестве подружки королевы.
Мариса послушала и, хмурясь, кивнула.
– А потом она стала женой графа Финерваута?
– Ну да. Такой был уговор, что подругам королевы организуют браки со знатными особами. Моя мать вот… – он осёкся и замолчал. – Ладно, ничего.
О матери не хотелось говорить с Марисой. Та тоже была подругой королевы и, как и леди Камилла, вышла замуж за графа…
– Ты разговариваешь, а не ешь, – заметил он и отрезал ей ещё мяса. – Вкусно ведь?
Отчего-то возиться с девчонкой и даже болтать с ней было забавно и нравилось.
– А что такое колдовской род? В нем все колдуны?
– Нет же. Просто в таких семьях периодически рождаются люди с колдовским даром. Людей без дара даже в колдовских родах всегда больше.
– Отец Эвол объяснял. Время, когда колдунов много, сменяется таким, когда их совсем мало. Сейчас такое, когда мало, да?
Ивин уже не удивлялся, что тот священник болтал без умолку с деревенской девчонкой о лишних для неё вещах.
– Говоришь, приёмная мать заплатила священнику, чтобы он тебя учил? Это она привезла тебя сюда?
– Я приехала сюда со своей мамой. И ничего про себя не помню, – погрустнела Мариса. – Не помню, как я была маленькой. Не помню того, что было до пожара у лесника. Но мне говорили, что здесь, в Финервауте, моя мама умерла. Мы ехали с ней в обозе, она заболела и её высадили в деревне. Говорили, что только колдун мог бы помочь.
– Понятно, – Ивин погладил её по руке.
Рассказ Марисы совпадал с тем, что поведала Ивину кухарка.
– А приёмная… Матушка Сола. Она служила в замке, – продолжала девушка. – Пожалела меня. Она считала, что мне полезно будет знать грамоту, – она грустно усмехнулась. – Хотя вот Реддит рад, что я училась и знаю грамоту. Он сам не любит все эти дела – писать, считать, хотя должен, раз держит лавку.
