Рыжая

Ирина почему-то не сомневалась, что такой человек, как Моал, мог вырвать у шамана необходимую информацию и угрозами, затем используя ее по своему усмотрению.

Она так сильно углубилась в размышления, что не сразу заметила изменения в их с Джабаем положении.

Ящер чуть отстранился, но руки не опустил. Почувствовав его взгляд, Ира подняла голову, тут же забывая, как дышать.

Его лицо было слишком, слишком близко!

Не успела она понять, как реагировать, Джабай преодолел оставшееся между ними расстояние и накрыл ее губы своими.

Тело прошило электрическим током, после которого все внутри вспыхнуло жаром. Ощущения были настолько яркими и неожиданными, что Ира вздрогнула и отшатнулась. Хватка Джабая немедленно стала крепче. Он едва не втиснул ее в себя, недвусмысленно давая понять, что отпускать не собирается.

Возможно, в любой другой момент Ира возмутилась бы подобному самоуправству, но сейчас в ее голове воцарился хаос, поэтому она могла лишь замереть, позволяя себе целовать.

Ступор не продлился долго. Ее сущность начала отвечать. Возражения, причины, оправдания – все это было сметено простым желанием быть с тем, кто нравится."

"Если бы сейчас кто-нибудь спросил ее имя, вряд ли Ира смогла бы его назвать. Прошлое и будущее стало таким незначительным, неважным в этот момент. Главное – этот конкретный миг, внутри которого слилось все.

Ирина задрожала, чувствуя, как ее охватывает возбуждение. Она поняла: если сейчас не остановится, то зайдет слишком далеко. Ира не помнила, почему именно это плохая идея, но что-то внутри, какой-то противный червячок, всеми фибрами души ненавидимый ею, не давало полностью погрузиться в столь долгожданное наслаждение.

Резко дернувшись, она все-таки смогла отойти от Джабая. Прижав руку к горящим огнем губам, Ирина тяжело дышала, вновь отыскивая потерянное где-то пару мгновений (столетий?) назад душевное равновесие.

– Ты… – прохрипела она. Ее тело было против того, что все закончилось. Ирина ощущала разочарование, отчего ей хотелось шагнуть вперед, вцепиться в Джабая и довести дело до конца. – Я… Не нужно, – едва не прохныкала она. Чувство беспомощности охватило с головой. Зачем она борется? Кому и что хочет доказать? Почему сопротивляется?

Доводы. У нее ведь были какие-то доводы, не так ли? Почему она хотела держаться от Джабая подальше?

Ах, ну да.

Ира все вспомнила.

Несовместимость видов, невозможность иметь детей, предстоящая боль от расставания, туманное будущее.