0
0- Заберите свою сиделку!
Я сама не ожидала, что скажу это. Айгер и Норун уставились на меня удивленно.
- Раз уж так… я сама буду ухаживать за тарисом, вир Норун.
- Для этого нужны навыки, сола Юниа, - сдвинул брови лекарь.
В течение одного года мне пришлось быть сиделкой для матери после инсульта и для отца с четвертой стадией рака. Приходящую я приглашала лишь на несколько часов в день и хорошо знала, что это такое. Хотя и не могла об этом сказать.
Норун вопросительно посмотрел на Айгера, тот, поколебавшись, кивнул:
- Пришлете сиделку на третий день, когда я уже не смогу вставать. Пока не надо.
- Ну и зачем это? – спросил он, едва мы остались одни. – Ты мне ничем не обязана, Юнна.
- При чем здесь обязанность? – я пожала плечами. – Или ты хотел, чтобы тут постоянно сидела эта жаба?
- Ну… тогда приступай, - он снял рубашку и повернулся спиной.
Я намочила салфетку, обтерла ему шею, плечи, спину, чувствуя, как горит кожа.
- Спасибо, Юнна, это было приятно, - Айгер взял тазик и пошел в спальню. – С остальным я справлюсь сам. Во всяком случае, пока.
Он закрыл дверь, я села обратно в кресло, нагнулась, уткнувшись лицом в колени. Все это напоминало кошмарный сон, и я никак не могла проснуться. Как вообще вынести это, откуда взять силы?
Две служанки принесли обед, накрыли на стол. Айгер вышел из спальни, сел напротив меня.
- Йоргис подошел к делу серьезно, - сказал он, наливая в бокалы горячее вино из глиняного кувшина. – Под окнами тоже стоит стража. Боюсь, Юнна, это не только мои последние дни. Что ж… выпьем за них? Когда я мечтал остаться с тобой вдвоем, вряд ли мог представить, что все выйдет вот так…
- Похоже, тарису не так уж много подвластно? – я сделала глоток, стало жарко, голова закружилась еще сильнее.
- Когда-то тарис принимал все решения единолично, - кивнул Айгер. – А совет всего лишь советовал. Но лет пятьсот назад тарис Керин слишком злоупотреблял своей властью, его свергли, и после этого все стало как сейчас. Любое решение тариса должен утвердить совет. Но и он может отвергнуть предложения совета. Конечно, это касается государственных дел, а не личных распоряжений. Здесь, со мной, тебе ничто не угрожает. Но если ты выйдешь отсюда, я уже не смогу тебя защитить. Хотя бы уже потому, что сам не могу отсюда выйти.
Вино развязало мне язык, и это было хорошо, потому что молчание казалось невыносимым.
- Расскажи мне, - попросила я. – О той женщине… которую ты любил.
- Зачем, Юнна? – он горько усмехнулся.
- Просто хочу знать.
- Ее звали… зовут Дэлла, она живет в Бине. Это та деревня у подножья Южных гор, через которую ты проезжала в замок. Знаешь, когда ты сказала, что выйдешь замуж за Индриса, это был для настоящий удар. Ведь я был уверен, что ты любишь меня. В горах постоянно приходилось доказывать, что я чего-то стою.
