И немудрено. Волков слишком многие разумные виды недолюбливают. Да и некоторые условно разумные тоже с признаниями в любви не спешат. При этом совершенно не важно, охотятся ли оборотни на зайцев с оленями, когда покрываются шерстью, или носятся, сверкая пятками, по лесам в поисках плоти и крови разумных рас. Большинство людей предпочтет видеть оборотня в качестве шкуры над камином, а не как улыбчивого соседа.
— Кстати, а почему ты не снабдил его кляпом раньше? — на всякий случай осведомилась я.
Любопытство — неотъемлемая часть моей натуры, хотя сама соседей за него осуждаю.
— Это катакомбы, дорогая. Кто его здесь услышит? — с усмешкой пояснил маг.
«Надо же, в Загорске, оказывается, и катакомбы есть», — мысленно изумилась я. Сколько живу, никогда о таком не слыхивала.
Под ногтями-когтями снова опасно закрошился булыжник, заставив меня нервно вздрогнуть всем телом. Истерично взвизгнув, я судорожно перебрала руками в попытке закрепиться понадежнее.
Вот ведь странно, даже в древности строить не умели. Вокруг — такие славные горы, а они для катакомб самый хлипкий материал выбрали, скупердяи несчастные.
— Осторожней, Гидая, — взмолился маг. — Неровен час — сорвешься. Лучше сама спустись, пока не упала. Падения тебе никогда особенно не удавались.
Осторожно, чтобы не закружилась голова, а то точно грохнусь так, что костей не соберу, я покосилась вниз на участливое лицо мужчины.
— Хотела бы, да не могу, — горестно всхлипнула я, с тоской оглядывая серый пыльный потолок, с которым уже практически сроднилась.
М-да. После такого приключения мне определенно понадобится с десяток ведер воды, чтобы отмыться дочиста.










