Танец с нежитью

— Это я-то эгоистка? — возмутилась я такому наглому наговору.

— Ну не я же! — подбоченился маг. — Ты, между прочим, будешь здесь лежать со всеми удобствами и станешь свидетелем ритуала, единственного в своем роде! Его, может, вообще никогда не проводили или проводили, но за столетия до твоего рождения! Тебе честь оказана, между прочим, а ты ее вовсе не ценишь. Неблагодарная.

— Ничего себе честь! — возмущенно фыркнула я. — Лежать на хладном камне и присутствовать на собственной смерти.

— А это еще вилами на воде… — истерично хихикнул Требор. — Наверняка умрет здесь только оборотень.

А ты можешь и выжить. При твоей живучести я вовсе не удивлюсь.

— Ага. И превращусь в собственное подобие, пускающее слюни, — нервно всхлипнула я.

Жалко себя стало до ужаса, до дрожи в позвоночнике и предательской влаги в глазах. Но слезами, к сожалению, здесь не поможешь.

— Ничего страшного, дорогая. Зато будешь жива, — неуклюже утешил маг. — Ну хочешь, когда я стану великим, то организую тебе самый лучший уход в тихом монастыре? Там ласковые сестры станут выгуливать тебя в красивом саду, кормить лучшими блюдами, слюни вытирать.

Честно говоря, такая перспектива меня совершенно не утешала. Я прикусила губу до крови, пытаясь унять приступ паники. Орать, визжать и сквернословить в адрес похитителя можно, но бессмысленно. Оставлю нервные вопли и истерику на тот случай, когда все остальные средства будут исчерпаны. Хотя, видит Всевышний, их немного.

Требор явно счел мое молчание за знак согласия и продолжил свой ритуал. Оборотень на соседнем алтаре завозился, забился, пытаясь высвободиться, но только вызвал ехидную улыбку на губах своего мучителя.

Цепи были сделаны на совесть, держали крепко. Я не стала повторять ошибок волка. Если уж нежить не может избавиться от оков, то моих дамских силенок на сей подвиг точно не хватит. Я еще больнее прикусила собственную губу и почувствовала солоноватый металлический привкус крови. Прекрасно, как раз то, что нужно. Любой некромантский ритуал требует жертв. Маленькая или большая, но жертва должна быть. Магия крови — она магия крови и есть.

Во мне теплилась робкая надежда слить наши ритуалы, создав собственный внутри проводимого Требором.

Метод не новый, но практикуют его редко, так как он чрезвычайно сложен, и те, кто его проводил, обычно плохо оканчивали свою жизнь. Бедняг либо разрывало на части, либо трансформировало в нечто экзотическое и совершенно неописуемое, либо маги сходили с ума. Эти обстоятельства сильно поубавили очередь из желающих экспериментировать в этом направлении, так как никогда нельзя было с точностью предсказать, чем эксперимент завершится. Но мне-то терять было нечего.