Роза песков

Сохрани для малыша все, что сможешь.

Малышом старый ридган звал внука, которого нежно любил и сам воспитывал до двенадцати лет, сочтя, что этот придворный шаркун, как он называл своего сына, ничему путному ребенка не научит. В дом деда Леон попал в возрасте трех лет после смерти матери от очередных неудачных родов. Из воспоминаний о ней остались только мягкие, теплые руки и слабый травянисто-цветочный запах каких-то духов.

-- А теперь клянись и ступай. И позови мне Фандина, – старый ридган закашлялся, и Корт с ужасом увидел как на губах пузырится кровавая пена.

С сыном ридган Герд разговаривал также при закрытых дверях. И кто знает, что он говорил своему изнеженному отпрыску, но место бессменного управляющего так и осталось за Кортом.

К вечеру старый ридган впал в беспамятство и больше не приходил в себя. А Корт, тогда поклявшись всеми святыми, честно старался спасти земли от разорения – слишком уж неумеренно тратил деньги наследник.

-- Так что там в письме? -- прервал мысли Корта капризный голос хозяина.

Корт вздохнул, отчетливо понимая, сколько нытья и жалоб ему предстоит выслушать, и ответил:

-- Ехать надо, пресветлый ридган.

Наследство там. Была война местная, и погибли в одночасье и ваш брат двоюродный, и оба его сына. А там земли и дома, и целое хозяйство.

-- И ты предлагаешь мне, ридгану Ронхарду, уехать из столицы туда, к этим дикарям и заниматься этим самым хозяйством?! Ты, никак, с ума сошел, дружок! – голос хозяина был почти ласковым, и от этого Корта пробрала дрожь – значит скандалить он намерен по полной.

Однако, старый ридган не зря много лет присматривался к мальчишке и натаскивал его, не зря доверил ему управление землями и финансами – был у Корта небольшой план, который, если боги будут милостивы, вернет в почти разоренную семью хотя бы частицу благополучия.

Поэтому, весьма невежливо перебив хозяина, который несколько визгливым уже голосом выражал возмущение, Корт сказал:

-- А вы, ваша милость, сына туда отправьте. И он больше не будет вашу фамилию при дворе позорить, да и там все дела сделает.

От неожиданности ридган замолчал и даже, кажется, призадумался…

Двадцатидвухлетний Леон, единственный наследник дома Ронхардов, категорически не ладил с отцом.

Воспитанный в поместье деда, он не мог понять страсти собственного родителя к дворцовым увеселениям, излишней роскоши и неразумным тратам.

Чтобы не терпеть в собственном доме своенравного подростка, отец спихнул его в военную школу при академии, совершенно не беспокоясь о том, чему и как сына там обучат. И когда в восемнадцать лет юноша вернулся домой, скандалы между папенькой и сыном перешли на новый уровень.