Роза песков

Сидит тут, карандашиком в альбоме чиркает! И где их таких набирают? Хотя, пожалуй, следующая, как ее там? Ах, да -- Косицкая, вот она -- не из клуш"".

Зазвучали привычные вопросы:

-- А можно мне не двухместный, а одноместный номер?

-- А в номере можно чай пить? Я привыкла перед сном!

-- А массаж платный или бесплатный будет?

Дав стандартные ответы, Наталья Леонидовна кивнула пожилому водителю, добродушному Сан Санычу, получила от него сочувственную улыбку и наконец-то села на свое место, прикрыв уставшие глаза.

«Надо бы к Арсену на курс массажа записаться.

Да и в санатории время выбрать и хотя бы выспаться… Что-то в последнее время устаю сильно...» Мысли текли спокойно и неторопливо.

Все еще гомонили пассажиры, но она знала, что через несколько минут, при выезде из города, они начнут затихать, уткнутся в телефоны, и всем будет глубоко наплевать на красоту горных перевалов и проплывающие за окном пейзажи.

Под затихающий шум Наталья задремала и момент своей смерти просто пропустила.

В тысяча девятьсот семьдесят третьем году, в маленьком заполярном городишке счастливый Леонид Владимирович Шахновский вышел из ЗАГСа и прежде чем убрать в карман, еще раз раскрыл небольшую кожаную книжечку.

-- Наталья Леонидовна Шахновская – вслух прочитал он, неловко оглянулся, не видит ли кто, и наконец спрятал драгоценный документ – свидетельство о рождении дочери.

Юная Наталья Леонидовна, появившаяся в семье инженера и учительницы, добросовестно посещала ясли, потом детский сад и школу. Никакими особыми дарованиями не отличалась, кроме любви к литературе.

Стойко переносила взбучки мамы-учительницы за тройки и редкие четверки по математике, гоняла с друзьями на велосипедах и ездила по путевке в пионерлагерь «Орленок», где жгла костры, пекла картошку и пела задорные пионерские песни.

Зимой каталась на санках и лыжах, а в свободное время таскала дамские романы из огромной библиотеки одинокой соседки. И обожала смотреть французские комедии.

Советский Союз рухнул, когда ей исполнилось всего семнадцать лет, но на провинции это все отразилось не так быстро. Она спокойно закончила школу и с благословения родителей уехала покорять Москву.

Хмельной ветер перемен кружил голову.

Вечно живой Цой хрипел из магнитофонов: «Перемен… мы ждем перемен…»."

"В институт Наталья не поступила, но, не желая возвращаться домой «на щите», пошла учиться в ПТУ, которое теперь называли модным импортным словом – колледж, на товароведа. При наборе обещали ускоренную годовую программу и давали почти стопроцентную гарантию поступления в находящийся рядом ВУЗ. Однако главным плюсом в глазах Натальи было то, что у колледжа была своя общага, куда заселяли иногородних.

-- Поймите, дети.