Роза песков

Он прекрасно помнил застолья в доме деда. Несколько торжественные, чуть мрачноватые и полные деловых разговоров.

Ему случалось принимать приглашения в дома женатых сослуживцев. Как правило, за столом царил культ молодой высокородной, которая кокетливо отбивалась от поклонников, позволяя любоваться своим изяществом и остроумием.

Он с отвращением вспоминал обеды за столом отца, полные оживленных обсуждений дворцовых интриг и сплетен, мелких укусов и подковырок. То, с чем он столкнулся в семье фаранда, было для него ново, и, пожалуй, притягивало семейным теплом и надежностью.

Кроме того, его удивляла деловая хватка невесты. Пожилой фаранд Контеро, который, судя по обстановке в доме и обещанному приданому, держал свои дела в большом порядке, очень внимательно прислушивался к советам дочери и почти всегда, в конце концов, соглашался с ней. Да, это было непривычно. Это было необычно и странно, но после некоторых колебаний, Леон все же позволил включить в брачный контракт несколько пунктов, разрешающих ридгане Ронхард иметь собственное дело, не зависимое от мужа.

На подписании контракта он с удивлением узнал, что грамоте его невеста начала учиться всего несколько рундин назад.

В целом, умение читать не считалось необходимым для женщины, потому никого не удивило, что некоторые пункты брачного контракта пришлось зачитывать вслух для фаранды Контеро. Но вот дотошность, с которой она обсуждала эти пункты, требуя уточнений, произвела впечатление даже на чиновника, визирующего документы.

Корт, приглашенный в качестве одного из свидетелей, слушая споры и уточнения юной фаранды, которой отец не перечил, первое время сильно хмурился – в его понятиях молодая жена не должна была позволять себе столько настырности.

Однако ближе к концу обсуждения контракта морщины на его лице разгладились и появилось некоторое выражение задумчивости.

«Оно, конечно, ридгане и не нужно было бы такой въедливой – ну-ка еще примется с мужем спорить… Однако случись что, такая с любым хозяйством справится… Может, оно не так и худо?».

Бумаги были подписаны в присутствии вызывающих доверие свидетелей, заверены государственными чиновниками, и теперь из препятствий оставался только весенний бал.

Впрочем, до бала развив какую-то сумасшедшую скорость, юная фаранда ухитрилась выкупить средних размеров помещение, аккурат между кварталом дворцов высшей знати и кварталом, где селились самые обеспеченные фаранды. Времени она на свою игрушку тратила столько, что пару раз к огорчению ридгана, даже не присутствовала на нескольких семейных обедах.

Впрочем, к Леону в этом доме относились столь тепло, что иногда он позволял себе нарушать устоявшийся график и, изыскав время, приезжал к вечернему чаю.