И насколько Леон знал, когда-то давно картарг поддерживал дружеские отношения с его, Леона, дедом, но при этом всегда избегал общения с папенькой, пусть никогда и не подчеркивал это.
Сейчас картарг, сложив узкие губы в какую-то ласковую, но несколько змеиную улыбку, скрипуче проговорил:
-- Ридган Леон, стоит ли так горячиться? Дуэль между наследником рода Сересто и вами – дурное дело. Насколько я знаю, ни юный Мунго, ни вы еще не женаты и не обзавелись потомством…
Не взирая на скрипучесть голоса, картанг Энсо, вмешиваясь, говорил также громко, как и Леон, давая возможность услышать суть разговора и присутствующим картаргам других Министерий, и их чиновникам, и даже лакеям.
-- Вы позволите, прелестная фаранда? – вопросительно взглянув в глаза замершей Нариз, он аккуратно вытащил из стиснутых пальцев второй лист, развернул и углубился в чтение.
Картарг Серест стоял с ничего не выражающим лицом – все же он был опытен в придворных дрязгах. Он вовсе не был дураком – то, что бой он уже проиграл -- понял мгновенно. В тот самый момент, когда Энсо потянул из рук девчонки проклятое прошение. Рисковать жизнью наследника невозможно.
Мальчишка представил девицу, как собственную подопечную. Возможно, она его любовница, возможно, там какие-то финансовые связи – не это важно. Важно то, что он солгал – быть его подопечной она не может, жив ее отец и жив брат, да и слизняк Фандин Ронхард, папаша этого мерзавца Леона, никогда не упоминал такой родни, как Контеро.
Дочитав бумагу, картарг Энсо сочувственно покивал головой, глядя в глаза картарга Сереста, и заявил:
-- Ах, дети доставляют столько хлопот. Но все же, мой почтенный друг, ссора у врат Храма… Я не смею давать советов, однако, мне кажется, что приказ вашего сына об аресте почтенного фаранда Контеро и его наследника – несколько за гранью…
Воцарилась очень глубокая пауза, во время которой Серест начал багроветь – до него вдруг дошло, что главное-то здесь не то, что оболтус сынок сбил какого-то там фаранда, а то, где именно он это сделал.









