6
0
Пояс достоин был отдельного описания. Совсем не похожий на пояса Сарандана, он не завязывался, а застегивался на талии на массивную золоченую пряжку. Тонкая кожа с подкладом была расшита черным шелком в перебивку с золотом, повторяя небольшой рисунок – контур летящей, атакующей птицы – родовой герб фаранда.
Пояса фаранд заказывал лично, также у старого, знакомого мастера. К этому всему прилагался широкий, подбитый коротким серым мехом плащ с капюшоном. Седые волосы по бокам лысины сбриты, зато образовалась небольшая, аккуратно подстриженная бородка благородного серебристо-стального цвета.
Нариз видела, что в центре города многие высокородные не отказывают себе в украшениях. Поэтому к одежде, порывшись в золотых запасах, она выдала фаранду Бушару два массивных перстня и тяжелую золотую цепь. Его небольшой меховой берет Нариз заколола крупной богатой брошью с рубинами.
Сейчас фаранд выглядел солидно и представительно, каждому встречному был понятен его социальный статус.
За эти месяцы Гуруз похудел и немного подрос. Темные волосы, которые в начале пути больше напоминали короткий ежик, отросли и жесткой смоляной шапочкой лежали на голове.
"Его костюм отличался от одежды фаранда только цветом и металлом. Светло-серый, с серебряной отделкой, черным кожаным поясом с крупной бляхой. Гуруз как-то неуверенно поправлял на голове берет и с любопытством рассматривал богато вышитые перчатки. По нему было видно, что в новой одежде ему несколько неловко, хотя смотрелся он, с точки зрения Нариз, просто отлично. «Ничего, привыкнет, оботрется, да и кожа за зиму посветлеет. Главное, что он не выглядит маленьким бродягой».
Ее платья обещали прислать только завтра, поэтому, чтобы не портить впечатление, фаранд Бушар и Гуруз поедут сегодня по делам вдвоем – пора было восстанавливать титул фаранда.
Вернулись они очень поздно вечером. Брат был молчалив и как-то странно собран. А вот фаранд Бушар был слегка пьян и безусловно счастлив. Он многословно принялся рассказывать о том, сколько знакомых он успел повидать, как приятно ему было встретить фаранда Игио, как обрадовался ему фаранд Миронг, и так далее, и так далее.
С трудом уговорив его лечь спать, Нариз, измотанная долгим ожиданием, отправилась готовиться ко сну, когда в дверь тихонько поскребся брат.
Понимая, как давят на привычного к просторам степи мальчишку каменная столица, чужие манеры, обычаи и все еще непривычная речь, Нариз вздохнула и отставив горячую воду, которую принесла горничная, села напротив брата за стол, взяла его за руку, слегка погладила сжатые в кулак пальцы и сказала:
— Не волнуйся, Гуруз, все будет хорошо. Мы с тобой молодые. У нас впереди целая жизнь, и мы всему успеем научиться.
