4
0Она помогает обоим красиво выйти из щекотливой ситуации.
– Почему тогда, если есть проблемы со здоровьем, вы до сих пор на работе?
– Вы же меня вызвали, – улыбнулась Полина.
– Я вызвал, – согласился Свешников, и его взгляд на немного, на совсем чуть-чуть потеплел. – Хотел угостить вас чаем. Может, передумаете? И мы обсудим дела в вашем управлении, если уж встал вопрос о преемственности.
Последние песчинки падали в нижнюю колбу. Время неумолимо истекало.
Они стояли в аэропорту и прощались. Эжени оглядывалась по сторонам, ища табло с рейсами и номером стойки регистрации.
– Пропустят в ручной багаж или не пропустят? – гадала она.
– Пропустят, – уверял Дан.
– Почему ты так думаешь?
– Ты же ведьмочка. Наколдуешь.
Происходящее как-то пока не осознавалось. Вот они приехали в аэропорт, вот ждут, когда загорится номер стойки. И времени еще навалом.
Осознание придет потом, когда он доведет ее до коридора, куда провожающим входа нет. Когда вернется в квартиру, где ее вещи и Тоби на диване. Когда будет ужинать один.
Вот тогда прочувствует сполна.
Эжени, Эжени… вольная птица, любимая ведьмочка…
– Я позвоню, – пообещала она.
– Кофе хочешь? – Время еще есть. Четыре-пять песчинок.
Пара бумажных стаканчиков, маленькая булочка с изюмом.
Глаза как вишни, крошка над верхней губой, золото четырех-листника на запястье.
– У меня все получится.
– У тебя все получится.
И поцелуй, уже когда кофе выпили и сдали багаж. Коньки тоже пришлось сдать. Магия не помогла.
Они стояли и целовались у длинного коридора, ведущего к паспортному контролю. Мимо шли люди. Им тоже улетать.
– Обязательно позвони.
– Тоби за тобой присмотрит. Я договорилась.
Невозможно разомкнуть руки. Невозможно перестать касаться губами носа, щек, виска.
Но последняя песчинка упала.
И руки разомкнулись.
Женя скрылась в коридоре.
Вечером Дан позвонил маме.
– Пришла с работы. Был непростой разговор с начальником.
– Как насчет ужина по этому знаменательному случаю? Завтра.
После звонка Полины Шевцов считал дни до возвращения в Москву.
Ему хотелось ее увидеть, и пусть встреча не сулила ничего хорошего, Шевцов верил, что разговором можно добиться многого и уладить непонимание.
Даже в Царском Селе, гуляя по залам Екатерининского дворца, он думал о Полине и вспоминал зимний бал в Отрадном. Казалось, это было давно. Столько всего с тех пор произошло…
В день отъезда Шевцов прибыл на вокзал заранее. Он заказал такси с запасом на возможность пробок, а пробок не оказалось. Сидел в зале ожидания, от нечего делать в очередной раз читал сфотографированные на телефон письма. Вдруг в этот раз они прольют свет на загадку с наследниками? Но нет.
