0
0А вы знаете нормального, взрослого мужчину, самодостаточного и реализованного в жизни, который после первой встречи с женщиной, какой бы фантастической эта встреча ни была и как бы он ни влюбился в нее, сразу же решившего жить с ней и не расставаться, вот замуж и немедленно!
Ага, сейчас! Маленькая тайна: все мужики боятся серьезных отношений!
Он хотел ее ужасно, скучал по ней и не спал толком неделю, вспоминая их встречу, слова, шепот в темноте и обладание ею, но это не повод задумываться о будущем, а он и не хотел! Да, Зинаида, может быть, первая и единственная женщина в его жизни, которую ему хотелось привести в свой дом, которая вызвала такие серьезные чувства…
Но ни о чем другом он думать не станет и развивать эту мысль не будет! Потом!
Как-нибудь потом! Не сейчас!
Сейчас Захар чувствовал, что скучает по ней, спящей, она ему нужна, вся.
Он пересел на диван и стал будить Зинулю. Нежно, поцелуями короткими. Она улыбнулась и, не открывая глаз, спросила:
– Что, командир, атака?
– Нет, – улыбнулся в ответ Захар и прошептал ей в ушко: – Пока только артподготовка.
– Не сплю, – шепотом же ответила Зинаида. – Ты вспомнил, что у тебя дальше по замечательному плану?
Перевернулась на спину, устроилась поудобней, посмотрела на него веселым, мягким взглядом, протянула руку и погладила его по щеке.
– Неосвоенный пункт первый: романтический ужин, – поцеловав ее в ладонь, ответил Захар.
– Ну, давай осваивать! – улыбалась Зинаида.
Но перед ужином полагался поцелуй. Захар не удержался! Такая она была хорошенькая после сна, с розовой отлежанной щечкой, еще не проснувшаяся до конца, загляденье! Искус!
И то, что предполагалось им как легкий, радостный поцелуй, оказалось при испытаниях закамуфлированной гранатой, брошенной в лужу бензина.
Сразу! Полыхнуло с первого прикосновения губ, ошпарив такой взрывной волной!
Они никак не могли напиться этого поцелуя, оторваться, летели, неслись куда-то не сопротивляясь!
– Наверное… надо остановиться! – не то предложил, не то попросил о пощаде Захар.
Зинаида уткнулась лбом ему в грудь, с трудом перевела дыхание и что-то пролепетала невнятное. Он не расслышал, переспросил:
– Ты уж определись, Захар Игнатьевич, либо ужинай девушку, либо целуй, – более внятно произнесла Зинаида.
Он обнял ее, прижал к себе, поцеловал в склоненную голову и, тихонько покачивая, не переставая улыбаться, признался:
– Я хочу тебя ужасно! Все время! Удержаться не могу, чтобы не целовать, обнимать.
