0
0– Это моя подруга! – защищалась Риточка, по ходу объявляя и статус Зиночки. – Навсегда! Она сама лучшая девочка в мире!
– Перспективка, скажу я тебе, моя дорогая, не из самых приятных для этой девочки! – остудила красноречие внучки бабушка и совсем другим голосом, нежно-задушевным, взяв Зиночку за ладошку, заговорила с ней: – Идем, маленькая, все будет хорошо. Сейчас мы тебя умоем, причешем, все вещи починим, постираем и накормим тебя пирогом.
И Зиночка сразу передумала плакать, пугаться, расстраиваться, поверив всем обещаниям. Ее раздели, помыли под душем, укутали в смешной махровый халатик, наверное Риточкин, усадили за большой круглый стол на кухне, подальше от претендующей на роль подруги до гроба Риточки, накормили вкусным-превкусным пирогом с малиновой начинкой и еще напоили чаем с лимоном и сахаром к нему, и так ей стало спокойно, легко, радостно, словно она попала в дом родной.
– Зиночка, ты знаешь ваш адрес и телефон? – спросила бабушка со странным именем Сима. Она сидела рядом с Зиночкой на стуле и, надев очки на самый кончик носа – так смешно! – зашивала карман ее курточки.
Как все правильные дети, Зиночка свой знала и адрес, и телефон наизусть, но, поскольку они только переехали, мама положила ей в портфельчик записку со всеми координатами, а также рабочими телефонами родителей и ближайших бабушки и дедушки, на всякий случай, как оказалось, не замедливший произойти в первый же день учебы в новой школе.
Бабушка Сима дозвонилась до Зининой бабушки, деликатно объяснила ситуацию, продиктовала свой адрес и телефон, исправив все трудности и неприятности сегодняшнего дня.
– А что, Зиночка, ты в классе новенькая? – спросил дедушка Лева, ласково улыбаясь.
– Да, – кивнула Зиночка, принимаясь за второй кусок пирога, – сегодня пришла первый раз.
– Понятно! – вздохнул дедушка Лева. – Про Риточкины, скажем так, специфические способности знает уся школа, а тебя, детка, выходит, не предупредили?
– Нет, – призналась Зиночка и твердо заявила: – Риточка моя подруга, что ж теперь!
– О-хо-хо! – посетовала на столь опрометчивое заявление бабушка Сима и мягко сказала: – Не спешила бы ты с дружбой, деточка.
На следующий день, во вторник, как оказалось, еще более эпохальный и значимый для Зинули, чем предыдущий, можно сказать, «черный понедельник», когда она вошла в класс…
На нее смотрели в немом ожидании все: и одноклассники, и учительница Антонина Михайловна. В классной комнате повисла такая напряженная тишина, что было слышно, как за стенкой, в соседнем помещении учитель начал урок.
