Старая добрая война

Скоро стемнеет, начнем работу с тылового участка, там установим противопехотные мины и растяжки по схеме, что использована у рубежей обороны первого и второго отделения. После этого перекроем поля там.

— Тебе придется работать в условиях задымления местности.

— Ты решил пустить дым?

— Угу! Чтобы разведка скрытно ушла с поста.

— Но если в «зеленке» или на перевале «духи», они просекут, в чем дело.

— Не просекут. У нас есть такие спецсредства, которые подозрения не вызовут.

— Ничего не понимаю.

— Покрышки подожжем.

— Нормально! Это другой разговор. Только не говори, что это ты придумал.

— Какая разница, кто придумал? — буркнул в ответ Шрамко.

Вскоре трое бойцов взвода покатили к оврагу пустые, местами рваные покрышки от «Урала». Через десять минут над плато начал подниматься черный дым, стягиваемый влажным ветром прямо на пост и дальше, охватывая широкую полосу, прикрывающую пост и с юга, и с востока.

— Проход в минном поле со стороны перевала оставишь в прежнем месте или пробьешь новый? — поинтересовался у Богатова Козин.

— Оставим прежний. Найдешь его в темноте?

— По ориентиру флагшток!

— Слабый ориентир, я прикажу своим обозначить проход, вставив металлические скобы, только пусть твои ребята снимают их по мере продвижения к посту.

— Так, а если придется заходить с тыла? Или от «зеленки»?

— Нет проблем, от «зеленки» обойдешь минное поле, выйдя на тридцать метров правее тылового капонира. Там тоже будут указатели, ну, и с тыла оставлю проход. Чего не сделаешь для друга!

— Ты передай своим, чтобы скобы видны были, а то вобьют по самую головку, высматривай их.

— Все будет о’кей, Валера. Минные поля вы пройдете, доберитесь только благополучно до них. Тьфу, твою мать, чертова копоть! Дышать нечем.

Едкий дым затянул весь блокпост.

— Бляха муха, и одного ската хватило бы. Прокоптимся все, — поморщился Шрамко.

— Зато для «духов» все естественно, — рассмеялся сапер. — Какой дурак станет жечь баллоны ради маскировки? Только по глупости.

— Ты за базаром-то следи, Юрик, а то так можно нечаянно и в «репу» получить.

— Не обижайся, Диман, я же ведь только сказал, что по поводу такого задымления могут подумать боевики.

— Нечего трепаться! Стемнело уже, работай!

— Минуту, Дим, а ты чего охранение мое на броне держишь?

— Я их ссажу мозолить глаза любопытным «духам», когда ты выйдешь на поле перед наблюдателями.

— Понятно. Ладно, мужики, мы начали.

— Ну, и мы двинулись, — сказал Козин.

— Ты, Валера, связь со мной держи и, если что, по возможности, отходи, обозначив себя. Отсечем огнем боевых машин от «духов» или, по крайней мере, попытаемся сделать это, — придержал его Шрамко.

— Постоянно связь держать не могу. Только в экстренном случае. И буду выходить на твою портативную станцию.