Современный детектив. Большая антология. Книга 1

Господин Сергович в письменном виде подтверждает нам, что до сего момента его дела вели исключительно вы и в будущем их будете вести исключительно вы. Тем самым все претензии к нашей фирме будут сняты.

— Звучит неплохо. Отправьте мне это на личную электронную почту.

— Уже лежит на вашем письменном столе.

— Сегодня я не вернусь в офис.

— Пока что мы определяем, когда вам находиться в офисе.

— Вы можете хоть спалить меня заживо, если вас что-то не устраивает. Вы все еще мой шеф. Кстати, до тех пор, пока вы не подпишете договор об аннулировании контракта и он не вступит в силу, господин Сергович официально остается клиентом вашей фирмы.

И потому я исхожу из того, что именно вы возьмете на себя общение с прессой.

— Общение с прессой? И что же мы должны им сказать?

— То же самое, что я скажу вам вот сейчас от имени господина Серговича: без комментариев.

Да! Компенсация в размере десяти месячных окладов скоро окажется на моем счете. Сто десять тысяч евро от Драгана наличкой уже есть в моем распоряжении. Больше никаких обязательств в этой сраной фирме, и больше не надо выносить моего самого невыносимого клиента.

Сверх того, мой пока-еще-работодатель от имени этого клиента возьмет на себя общение с прессой и подтвердит тем самым, что этот клиент еще здравствует. Хотя это вовсе не так.

Если совсем безоценочно: мог ли я еще более осознанно обойтись с самим собой? Книга Йошки Брайтнера начала приобретать для меня мистическое значение. Сейчас мне нужно было позаботиться о том, чтобы меня не арестовала полиция за убийство и чтобы ни шайка Драгана, ни их конкуренты не заподозрили, что в действительности случилось с Драганом.

Я вдохнул воздух свободы и пошел по улицам весеннего города домой, чтобы, как правый человек, разобраться с делами. С правым пальцем Драгана.

Были еще многочисленные советы, как ускорить высыхание. Помещение с высокой влажностью, с температурой около двадцати градусов поспособствует процессу затвердевания. Так что я ненадолго включил в ванной душ и установил кондиционер на двадцать градусов, чтобы поддерживать постоянную температуру этого облака пара. До утра я намеревался оставить силикон в покое.

Осознанность — это не улица с односторонним движением. Даже у силикона свои потребности.

— Бьорн, спасибо, что перезвонил. Могу себе представить, что сейчас ты не сидишь сложа руки…

Я прижал плечом телефон к уху и посмотрел на свои руки, которыми всего несколько часов назад упаковывал вещи в офисе, которыми покупал гипс. И которыми ощупывал силиконовую форму. Как раз в этот момент им было абсолютно нечего делать, разве что снова взять телефон.

— Для полицейского у тебя довольно живое воображение.