Современный детектив. Большая антология. Книга 1

И с этими словами Мэрилин встала и зацокала каблучками к другому концу барной стойки, где еще несколько девиц дожидались появления особей мужского пола.

Винс допил свою порцию, подошел к бару, заказал другую и вернулся к столику под звуки «Дарданеллы».

Еще через несколько минут вернулась Мэрилин. В руках у нее был клочок бумаги.

— Я достала для тебя адрес у Синди. Это та чернокожая девушка справа.

Винс посмотрел на Синди. Высокая элегантная негритянка, хорошо одетая, в мелких завитушках, как они там у них называются.

— А эта Синди ее знает?

— Знала. Она ее в последнее время не видела.

— Согласится она со мной поговорить?

— Она говорит, что ничего о ней не знает. Просто видела ее здесь несколько раз, и все.

— Откуда же у нее тогда этот адрес?

— Кэнди как-то приглашала ее зайти. Но Синди так и не зашла. Адрес у нее был в записной книжке.

Винс дал Мэрилин пятьдесят фунтов и взял у нее бумажку с адресом.

— Ты очень щедрый, Винс, — сказала она.

— А то, — ответил Винс и раскрыл сложенный листочек.

Это был адрес квартиры в Арлингтон-Хаусе, тот самый, где он только что побывал.

Мэрилин захотела знать, что его так рассмешило, и Винс ей рассказал.

Ее это тоже позабавило.

— А ты умеешь делать массаж? Хоть немножко?

— У меня сильные пальцы.

— Хочешь, поедем со мной в гостиницу.

— Конечно. А где ты остановился?

— Пансион «Пассат». Это рядом с гаванью.

— Ну пошли. Ты больше ничего не хочешь?

— Нет, правда. Только массаж.

Помолчав, она добавила:

— Я бы хотела, правда.

«Я бы хотела, правда», — мысленно повторил Винс эти слова.

Было что-то в том, как она это сказала, что взволновало его. Не в плане секса, а как-то по-другому. Глаза у нее при этих словах широко раскрылись, и Винс почуял в ней какую-то уязвимость, и это очень ему понравилось.

«Я бы хотела, правда». Как будто она говорила с возлюбленным, а не с клиентом. Винс, правда, себя клиентом и не ощущал.

Они ушли из бара и пошли через парк. Мэрилин взяла Винса под руку и прижалась к нему. Винс обнял ее. Она была ничего, эта Мэрилин. Славная девчушка, подумал Винс. И искренняя. Сама искренность.

У Мэрилин были большие кроткие глаза, и когда она разговаривала с Винсом, то смотрела прямо ему в лицо, и Винсу казалось, что она заглядывает ему в самую душу.

А он-то думал, что только подростки испытывают нечто подобное.

Потеплело, и море успокоилось. Далеко на горизонте уходили в ночь огоньки кораблей. Светил месяц. Настоящий маргейтский ноктюрн.

Когда они пришли в комнату Винса, он снял брюки и улегся на кровать лицом вниз. Мэрилин сняла туфли, подтянула платье и расположилась над его поясницей.

— Масла у меня нет, — сказала она.

— Это без разницы, — ответил Винс.

Она владела настоящей терапевтической техникой. Куда лучше, чем та, в массажном салоне.