— Да! Я это и сама знаю! Спасибо за проявленное доверие! Только с таким же успехом это можете быть и не вы!
— Мне приходит на ум Ричард Бэрбанк.
— Но ты сама ему сказала, что мы отправляемся только через неделю, и не говорила ни о прикрытии, ни о форме, ни о сканерах, ни вообще о каких-то деталях.
— Детали знал Логан, — ответила она, чувствуя подступающий приступ тошноты. Логан был ее опорой, названым братом, единственным по-настоящему родным и близким человеком. Если он ее предал, то все теряло смысл. И вопрос заключался не в том, как его перехитрить или отомстить ему, — это было вовсе не трудно.
Монро посмотрела на Франсиско:
— По рации что-нибудь говорили о марках машин или о том, сколько их? Называли что-то известное только нам троим?
Тот отрицательно покачал головой.
— Подумайте, что это значит. — Она вздохнула и опустилась на землю. — Послушайте, мы уже знаем, что у Ричарда Бэрбанка рыльце в пушку. Так что перестаньте подозревать друг друга и давайте искать выход. Договорились? — Она сделала паузу. — Если я вас развяжу, обещаете не дурить?
Оба угрюмо кивнули.
— Сидите тихо! Мы обсудим, что, черт возьми, происходит, и попытаемся во всем разобраться. А потом вы сможете освободить себе ноги.
Франсиско потер запястья и посмотрел в темноту.
— Если к утечке информации не причастен никто из нас, — сказал он, — то на данном этапе ее причина не столь важна.
— Это верно, — согласилась Монро.
Она снова села, положила пистолеты на землю и потерла виски.
При всей накопившейся усталости ее мозг легко переключился на анализ. Выживание зависело от получателя информации в стране, его возможностей и от того, как долго он сможет вести за ними погоню.
Сам факт, что ради их поимки воспользовались надуманным предлогом государственного переворота, говорил о том, что приказы исходили либо от самого президента, либо от кого-то из его ближайшего окружения.
Монро повернулась к Бейярду и спросила:
— У тебя уже есть версия?
Она подошла к машине и, держа под прицелом Франсиско, скомандовала:
Свободной рукой она достала из машины ноутбук и накопитель с записью беседы с Эмили, загрузила ее в компьютер и передала Франсиско.
— Нам нужно проработать две разных линии, потому что мы имеем дело с разной мотивацией. С одной стороны — Ричард Бэрбанк, с другой — муж Эмили.










