0
0Монро, покопавшись на стеллаже, достала рюкзак и кое-какие личные вещи. Логан тем временем выкатил сверкающий черный мотоцикл «дукати».
Это было настоящее произведение искусства. Монро улыбнулась, нежно проведя рукой по его сделанным на заказ обтекателям.
— Я хорошо о нем заботился, — пояснил Логан. — На прошлой неделе даже прокатился, чтобы убедиться в том, что все в идеальном порядке.
Если мотоцикл можно любить, то Монро испытывала к нему именно такое чувство. Езда на нем позволяла одновременно ощущать и власть над пространством, и то, что ты реально существуешь, и риск в пределах разумного.
Три года назад она разбилась на таком же двухколесном монстре. Переломанные кости и черепно-мозговая травма продержали ее в больнице несколько месяцев, тем не менее сразу после выписки она отправилась на такси в магазин, чтобы купить себе новую машину.
Монро села на мотоцикл, сделала глубокий вдох и повернула ключ зажигания. Почувствовав прилив адреналина, она улыбнулась. Теперь ей было хорошо: она снова оказалась на грани между жизнью и смертью, а чувство опасности всегда оказывало благоприятное воздействие на ее нервы.
Каждое задание было для нее своего рода передышкой в этой жизни, заполненной монотонными буднями. При работе за границей, где ей приходилось делать все, чтобы выполнить свою миссию, всегда соблюдались определенные правила игры и присутствовали признаки ответственности и здравого смысла, а силы саморазрушения, провоцировавшие ее на действия, сопряженные со смертельным риском, отступали на задний план.
Монро надела шлем, кивнула на прощание Логану и, заставив «дукати» надсадно взреветь, рванулась с места. В этом, вероятно, проявилось и желание снова почувствовать себя в своей среде, и потребность еще раз испытать судьбу.
Она вернулась в отель к вечеру. Весь день она провела в салоне красоты, где принимала освежающие ванны, подвергалась всевозможным косметическим процедурам, красила волосы и ногти, в результате чего снова обрела облик привлекательной и знающей себе цену женщины, доставив себе при этом немалую радость.
Она приоделась в наряд облегающего покроя, подчеркивавший стройность ног и высокий рост. Ее фигура была немного угловатой, худощавой и даже мальчишеской, однако ей удалось придать своей походке столько чувственности, что, когда она шла по вестибюлю, взгляды мужчин выражали откровенное восхищение.
Это проявление внимания позабавило ее, и она немного расслабилась.
